Передовые методы лечения рака в России работают не в клиниках, а только в научных институтах

Передовые методы лечения рака в России работают не в клиниках, а только в научных институтах

Современные линейные электронные ускорители для лечения онкологических больных — это настоящая революция по сравнению с гамма-облучением прошлого века. Такие установки есть лишь в нескольких российских медицинских центрах. Новые системы позволяют вращать компактный излучатель пациента и с высокой точностью направлять луч в опухоль. Они оснащены компьютерными программами, которые по томографическому изображению органов и тканей разрабатывают схему облучения. Например, если в поле гамма-луча попадает критический орган, луч прерывается, не повреждая его. Облучение с разных сторон уменьшает дозовую нагрузку на здоровые ткани, а в опухоли накапливает ее до летальной.

Однако по эффективности гамма-приборы даже нового поколения заметно уступают установкам научно-исследовательских институтов — ускорителям адронов (протонов и тяжелых ионов). Практикующая медицина в России такими ускорителями не располагает вовсе. Некоторые из протонных ускорителей Института теоретической и экспериментальной физики в Москве и Объединенного института ядерных исследований в Дубне используются для лечения пациентов. Но силами научных институтов удается выполнить не более 0,1% требуемых операций.

— Основной недостаток гамма-излучения заключается в его постепенном ослаблении по мере прохождения через ткани, — говорит заведующий лабораторией ИЯФ им. Г. И. Будкера СО РАН Василий Пархомчук. — Максимум приходится на начало пути, а после поражения клеток мишени он затухает не мгновенно, так что здоровые ткани перед опухолью и за ней получают большую дозовую нагрузку. Адронные пучки — протоны и тяжелые ионы, способны выдать максимум дозы в конце своего пути, после чего доза резко уменьшается. Это физическое явление называется пиком Брэгга. Глубина расположения пика Брэгга в теле пациента легко регулируется изменением энергии пучка.

В лаборатории члена-корреспондента РАН Василия Пархомчука разрабатываются методы лечения рака ионными пучками

Фото: Мария Роговая, Коммерсантъ

Еще одно важное преимущество ионного облучения — высокая относительная биологическая эффективность (ОБЭ). Клеточная ДНК надежнее разрушается тяжелыми частицами (ионами), поэтому для уничтожения раковой клетки протонным излучением требуется физическая доза в полтора раза меньше, чем для гамма-лучей, а для облучения тяжелыми ионами — в 3-4 раза меньше. Высокая ОБЭ особенно важна для лечения онкологии у детей, когда отдаленные последствия облучения играют принципиальную роль.

— Пучки тяжелых ионов разрушают раковую клетку прямым воздействием — частица разрывает двойную нить ДНК, не оставляя ей никаких шансов на восстановление-репарацию, — объясняет замдиректора ИЯФ им. Г. И. Будкера СО РАН Евгений Левичев. — Механизм действия протонного пучка более опосредованный, и в этом он ближе к гамма-излучению — и тот, и другой ионизует клеточную плазму, создавая в ней свободные радикалы, которые химически разрушают ДНК опухолевой клетки. При таком способе контроль над процессом меньше. А для уничтожения некоторых видов опухолей гамма-облучение и даже протоны вообще неэффективны, и надежда может быть только на ионные пучки.

Для ионного терапевтического комплекса в Японии ИЯФ СО РАН разработал и изготовил основной “скелет” установки — магниты, направляющие пучок, выиграв в 2009 году международный конкурс. В этом году институт получил такой же заказ из Австрии. На очереди — Китай, где в Институте современной физики в Ланчжоу единственная специализированная протонная установка не работает, зато успешно функционирует научный ионный комплекс, спроектированный и созданный с участием сибирских физиков. За полтора года работы на нем получили лечение более ста пациентов.

Еще одно современное направление в медицинских лучевых технологиях — борнейтронзахватная терапия — позволяет уничтожать диффузные опухоли с нечеткими границами и множественными очагами. Клинические испытания борнейтронзахватной терапии впервые были проведены еще в 70-е годы на ядерных реакторах в университетах Осаки и Киото (Япония) и показали потрясающий эффект, в особенности при лечении глиобластомы мозга. На этих реакторах успешно прошли лечение уже многие пациенты. Подобное оборудование работает и в одном из научных центров Финляндии. Стоимость сеанса облучения примерно 40 тыс. евро.

Хотя в мире работают сотни ядерных реакторов, исследовательских реакторов, на которых можно проводить такие работы, не более десяти, а для медицинских целей и вовсе используются единицы. Ведь ядерный реактор не приспособлен для практической медицины. Он весит сотни тонн, требует специальных систем безопасности и дорогостоящего обслуживания, а его создание и утилизация обходятся в миллиарды долларов.

Ученым ИЯФ им. Г. И. Будкера СО РАН в Новосибирске удалось создать компактный генератор нейтронов на основе мощного протонного ускорителя — прототип будущей медицинской установки. Нигде в мире нет ускорителя, позволяющего получить пучок протонов, который после сброса на литиевую мишень превращается в нейтронный пучок. Здесь, на недавно созданной биологической станции, проводят исследования специалисты Центра нейрохирургии НИИПК им. Е. Н. Мешалкина и Института цитологии и генетики СО РАН. Клиника предоставляет клетки злокачественной глиобластомы мозга, сотрудники ИЦиГ культивируют их в своих лабораториях, а затем полученную ткань облучают в ускорителе.

Принципиальная схема борнейтронзахватной терапии

Фактически ученые производят в каждой раковой клетке микроскопический ядерный взрыв. Для этого в ткани сначала вводят безвредный для живого организма изотоп бор-10, который концентрируется именно в опухоли. Бор-10 поглощает нейтроны, даже когда они движутся от него на расстоянии в сто раз большем, чем размер ядра бора. При поглощении нейтрона образуется нестабильный изотоп бор-11, который тут же распадается. Образующиеся осколки — медленные ядра лития и альфа-частицы — проходят очень малый путь, но с огромной ионизирующей способностью. Не выходя за пределы клетки, они практически “выжигают” ее изнутри.

Борнейтронзахватная терапия сделала возможным лечение глиобластом — опухолей головного и спинного мозга, на которые не действовала ни одна имеющаяся терапия. Количество исцеленных пациентов в мире с этими диагнозами увеличилось на порядок, случаи рецидивов не зафиксированы. Руководитель Центра нейрохирургии НИИПК им. Е. Н. Мешалкина Алексей Кривошапкин объяснил, почему эксперименты в ИЯФ СО РАН сегодня ведутся именно на глиобластоме, хотя нет никаких ограничений в использовании этой технологии на других видах опухолей.

— При остальных онкологических заболеваниях в мире в среднем уже излечиваются около 60% пациентов, — говорит нейрохирург. — Продолжительность их жизни превышает пять лет — общепринятый показательный рубеж в мировой медицинской практике. В лечении глиобластомы успехи заметно слабее. Сегодня исцелившихся всего 12,9%, а выживаемость после лечения составляет четыре года. Но даже эти цифры вселяют во врачей всего мира надежду, ведь еще совсем недавно излечившихся от этого заболевания было в десять раз меньше, а сроки их выживаемости исчислялись месяцами.

Нейтронный генератор для терапии рака в мире уже есть — он создан в Японии компанией Shimamutsu. Но, по словам одного из разработчиков установки в ИЯФ СО РАН Сергея Таскаева, это дорогой и совсем не оптимальный вариант источника нейтронов. Он существенно проигрывает проекту ИЯФа из-за высокой стоимости и качества нейтронного пучка. Энергия нейтронов у японцев намного выше, что требует громоздкого оборудования для замедления пучка. Зато японский источник базируется на надежных, проверенных технологиях и позволит уже в самое ближайшее время начать отработку методики в клинической практике. Цена японского агрегата составила 18 млн долларов.

Читать еще:  Что такое фитотерапия при лечении рака

Необходимость госпрограммы по организации радиологических центров с применением адронной лучевой терапии очевидна. Вопрос лишь в том, станет ли Россия закупать готовую импортную технику или будет адаптировать собственные ядерные технологии к медицинской практике. По стоимости российский протонный ускоритель с учетом своих “ноу-хау” примерно совпадает с импортным — 10 млн долларов, а общая цена вопроса вместе с комплексом зданий — около 30 млн долларов. Первый шаг сделан в сторону импорта — центр лучевой терапии в Димитровграде решением правительства РФ оборудуют бельгийскими ускорителями IBA. На первом этапе это позволит быстрее приступить к лечению онкобольных. Но если и дальше действовать по схеме закупки импорта, в загоне окажется развитие многих научных направлений в России: ядерные технологии, радиология, медицина и микробиология. Сегодня проекты российских ядерщиков выигрывают зарубежные тендеры. Купить готовые установки проще, но это будут инвестиции в иностранные технологии, а наши разработчики продолжат работать на экспорт, помогая лечить пациентов Японии, Китая и Европы.

Ядерная, протонная терапия и SIR-Spheres

Ядерная терапия — одна из форм лучевой терапии, использующая пучки высокоэнергетических протонов, нейтронов или β-активных ионов для лечения рака.

Виды и методы ядерной терапии в онкологии

В настоящее время существует несколько видов ядерной терапии.

  1. Протонная терапия рака.
  2. Нейтронно-изотопная терапия.
  3. Терапия тяжелыми ионами.
  4. SIRS-терапия.

Основные методы ядерной терапии, используемые в клиниках за рубежом, — это протонная терапия, терапия тяжелыми ионами и SIRS-терапия.

Протонная терапия

Этот вид лечения рака появился сравнительно недавно, однако количество центров протонной терапии за рубежом уже исчисляется десятками. Только в Европе работает сегодня около 10 клиник протонной терапии. В большинстве этих центров установлено оборудование, произведенное компанией из Бельгии «IBA Proton Therapy».

Протонная терапия — что это такое?

Пучок протонов ускоряется с помощью циклотрона или синхротрона. Конечная энергия пучка возникающих частиц определяет глубину проникновения и, следовательно, местоположение максимальной энергии воздействия. Поскольку пучок легко отклонять с помощью электромагнитов в поперечном направлении, можно использовать метод растрового сканирования, то есть быстро перемещать луч по области мишени. А за счет того, что энергия пучка и, следовательно, глубина проникновения изменяются, весь объем мишени может быть покрыт в трех измерениях, обеспечивая облучение, точно соответствующее форме опухоли. Это одно из главных преимуществ данного метода по сравнению с обычной лучевой терапией.

В чем суть метода протонной терапии

В отличие от рентгеновских или гамма лучей, максимальная доза облучения протонами создается на строго определенном расстоянии от источника излучения. И после этого максимума излучение полностью иссякает.

Благодаря этому можно добиваться максимального воздействия именно в зоне опухоли, никак не затрагивая здоровые ткани, находящиеся за ней по ходу действия излучения.

Преимущества протонной терапии

  • Минимальное воздействие на здоровые ткани.
  • Снижение вероятности того, что облучение вызовет новый рак (вторичная опухоль).
  • Максимально сильное воздействие на опухоль.
  • Более широкий спектр показаний для применения.

Показания для использования протонной терапии

Подтверждена эффективность протонной терапии при глиобластоме, раке прямой кишки и простаты.

Протонная терапия особенно показана для лечения:

  • рака у детей;
  • ряда редких видов рака у взрослых, для которых нет таргетного или иммунологического лечения, таких как опухоли у основания черепа, вблизи позвоночника или вблизи зрительного нерва.

Побочные эффекты и последствия протонной терапии

Несмотря на то, что протонная терапия — самый безопасный метод терапии в онкологии, без определенных побочных эффектов и тут не обходится.

Все последствия метода можно разделить на два вида.

  1. Эффекты, связанные с воздействием протонов на здоровые ткани, расположенные перед опухолью по ходу пучка протонов — воспаление кожи, выпадение волос, зуд, онемение и высыпания в месте воздействия пучка.
  2. Эффекты, обусловленные разрушением опухоли, — общая интоксикация, повышение температуры, повышенная утомляемость, аллергические реакции.

Стоимость протонной терапии

Цена сеанса протонной терапии исчисляется тысячами (а порой и десятками тысяч) евро. Однако нередко это вполне оправдано, учитывая ее эффективность, а иногда и безальтернативность. Нюанс в том, что цена в разных центрах, где можно сделать протонную терапию, может отличаться очень сильно, и нужно очень внимательно отнестись к выбору конкретной клиники.

Терапия тяжелыми ионами

Углерод-ионная терапия использует более массивные частицы, чем протоны или нейтроны. Углеродно-ионная радиотерапия привлекает все большее внимание ученых, поскольку улучшаются технологические возможности, а клинические исследования демонстрируют ее преимущества лечения многих видов рака, таких как рак предстательной железы, глиобластома, саркомы костей и мягких тканей, местно-рецидивирующий рак прямой кишки.

Метод также имеет явные преимущества для лечения иным образом трудно поддающихся лечению гипоксических и радиоустойчивых форм рака.

К середине 2017 года более 15 000 пациентов прошли лечение по всему миру в 8 операционных центрах. В настоящее время действуют пять установок для лучевой терапии тяжелыми ионами (из них 2 в Европе), и существуют планы строительства еще нескольких установок в ближайшем будущем.

Биологические преимущества терапии тяжелыми ионами

Все методы лечения тяжелыми частицами (протонами, ионными пучками) демонстрируют определенный максимум воздействия в определенной точке организма. Поэтому они обеспечивают максимальную летальную дозу в опухоли или рядом с ней. Это сводит к минимуму вредное излучение окружающих нормальных тканей.

Ионы углерода тяжелее протонов и, таким образом, обеспечивают более высокую относительную биологическую эффективность (ОБЭ). Их воздействие на клетки опухоли получается и более сильным, и более точным, что позволяет уничтожать максимальное количество атипичных клеток.

SIRS-терапия (СЭР-сферы)

SIR-сфера Y-90 — это полимерное искусственное медицинское микроустройство, используемое в селективной внутренней лучевой терапии для лечения неоперабельных опухолей печени.

Использование внешнего облучения для лечения опухолей печени ограничено высокой чувствительностью здоровой ткани печени к облучению. Селективная внутренняя лучевая терапия с использованием SIR-Spheres дает возможность доступа к лучевой терапии при неоперабельных первичных и вторичных опухолях печени, обеспечивая защиту здоровым клеткам.

Полимерные микросферы СЭР-сферы представляют собой наноимплантат одноразового использования. Они содержат изотоп иттрий-90 и имеют средний диаметр 32,5 микрон.

Иттрий-90 — высокоэнергетический бета-излучающий изотоп без первичной гамма-эмиссии. Максимальная энергия бета-частиц составляет 2,27 МэВ со средним значением 0,93 МэВ. Максимальный диапазон выбросов в ткани составляет 11 мм со средним значением 2,5 мм. Период полувыведения составляет 64,1 часа.

Эти свойства полимерных микросфер SIR-Spheres обуславливают то, что микросферы оседают преимущественно в микроциркуляторном русле, окружающем опухоль, максимизируя противоопухолевые лечебные эффекты и сводя к минимуму воздействие на здоровые клетки печени.

Ядерная терапия с использованием SIR-Spheres:

  • удлиняет межрецидивные промежутки;
  • повышает общую выживаемость;
  • потенциально уменьшает размер опухоли перед операцией;
  • смягчает симптомы заболевания.

СЭР-сферы можно комбинировать с современной химиотерапией или вводить в виде монотерапии. Также этот метод может быть использован в качестве альтернативы местной химиотерапии.

Читать еще:  Роль химиотерапии при лечении рака

Узнайте больше о возможностях ядерной терапии. Напишите нам или закажите обратный звонок, мы предоставим вам всю необходимую информацию.

«Если вы, в России, умрете от сердечно-сосудистых заболеваний, то мы – от рака. С этим надо что-то делать»

Тяжелую ионную терапию, спасительную для множества неоперабельных случаев рака, придумали американцы. Но развивать сами не решились. Освоение и тиражирование методики – абсолютная заслуга Японии, вернее, конкретных энтузиастов, умудрившихся выбить государственное финансирование под эксклюзивную, то есть мало кому понятную, тему. Адепты идеи сумели не только спровоцировать строительство сети научно‑клинических центров тяжелой ионной терапии, но и убедить регуляторов в необходимости погружения дорогостоящих лучевых процедур в медицинские страховые госпрограммы. Vademecum проследил путь противоопухолевой технологии между континентами и попытался выяснить, почему американцы постеснялись, а японцы смогли пристроить тяжелые ионы к делу.

Кафедру радиационной онкологии профессора Такаси Накано в Университете Гумма украшают огромные – в метр высотой – куклы‑неваляшки Дарума и не менее внушительных размеров флаг Ассоциации выпускников Гарвардской медицинской школы. Дарума олицетворяет Бодхидхарму – божество, приносящее счастье. А гарвардская регалия доктора Накано символизирует не только вираж в карьере самого радиационного онколога, но и рождение особого направления в японской практике борьбы со злокачественными новообразованиями – тяжелой ионной терапии.

Отправиться в Америку выпускнику Университета Гумма и сотруднику Национального института радиологических наук (National Institute of Radiological Sciences, NIRS) в Чибе довелось в 1986 году – для обмена опытом. Тогда в NIRS живо интересовались находкой американских коллег – тяжелыми ионами и их потенциалом в терапии онкологических заболеваний. Речь шла об ионах углерода, названных «тяжелыми» из‑за высокого атомного числа, дающего превосходство в «весе» над другими частицами – пучками протона или ионами гелия.

К УГЛЕРОДНЫМ БЕРЕГАМ

Первые противоопухолевые эксперименты с ионами углерода в США стали проводить еще в 1970-е, когда в Национальной лаборатории Лоуренса Беркли в Калифорнии сконструировали первый линейный ускоритель тяжелых ионов. Суть метода C‑RT (carbon‑ion radiotherapy), или тяжелой ионной терапии, с тех пор кардинально не изменилась: пучки ускоренных тяжелых ионов направляются на опухоль и разрушают ее. Чем глубже проникает луч, тем мощнее и точнее он воздействует на пораженную ткань, не повреждая окружающие. C‑RT в этом смысле эффективнее стандартной лучевой терапии, при которой доза облучения по мере «погружения» снижается. Прицельность «выстрела» C‑RT оказывается решающим фактором, когда нужно добраться до спинного мозга, мозгового ствола, кишечника и других труднодоступных локаций.

С применением разработки в широкой клинической практике американцы не спешили, ограничиваясь исследованиями, проводимыми на базе крупных госпитальных центров. Там проверяли эффективность метода, сравнивали его с протонной терапией. Много внимания этой теме уделял профессор радиационной онкологии Гарвардской медицинской школы и главный профильный специалист Массачусетской больницы Герман Суит. К нему‑то и направился Такаси Накано, исследовавший в то время эффективность лучевой терапии при раке шейки матки и не упустивший возможности разузнать об экспериментаторских успехах заокеанских коллег.

Спустя несколько лет Накано смог применить почерпнутые в Гарвардской медицинской школе знания на родине: в 1994 году NIRS, получивший от государства $172 млн (18 млрд иен) целевых инвестиций, запустил собственный ускоритель тяжелых ионов. А вскоре в радиологическом институте открылся исследовательский центр терапии заряженных частиц, где начались первые экспериментальные «вмешательства». Итоги клинических опытов позволили ученым из NIRS утверждать: метод C‑RT подходит для лечения широкого спектра онкозаболеваний разных локализаций – легкого, предстательной железы, головы и шеи, печени, прямой кишки, костей и мягких тканей.

«Результаты были поразительно хорошими, причем для различных видов рака. Например, меланома, крайне устойчивая к радиологическому лечению, была уничтожена полностью! Или остеосаркома – зачастую операция является единственным методом ее лечения, но как прооперировать кости таза? C‑RT позволила решить и эту проблему. Был совершен настоящий прорыв», – вспоминает доктор Накано.

Не оставляя научно‑практической работы в NIRS, он в 2000 году получил в своей альма‑матер кафедру. Строго говоря, в Университет Гумма Такаси Накано пригласили заниматься лучевой терапией в целом, но «заряженный тяжелыми ионами» ученый отказаться от идеи C‑RT, несмотря на скепсис коллег и университетского руководства, не мог и не хотел. «Я был очень молодым профессором [Накано получил кафедру в 47 лет. – Vademecum], но, тем не менее, настаивал, что тяжелая ионная терапия должна появиться в Университете Гумма. Это было, безусловно, очень дорогое, к тому же не всем понятное предприятие, и профессора долго отрицали прикладной смысл моей затеи», – рассказывает Такаси Накано.

Накопившиеся позитивные результаты экспериментов позволили Накано обосновать необходимость организации в структуре многопрофильной университетской клиники центра C‑RT. Ученый сумел убедить регуляторов и финансовых распорядителей, что существующие в NIRS и в префектуре Хиого специализированные объекты оторваны от общеклинических процессов и потому не способны продемонстрировать эпидемиологическую состоятельность метода.

ИМПЕРИЯ ГУММЫ

В 2003 году правительство Японии утвердило тяжелую ионную терапию в качестве медицинской технологии. Коллектив Накано тут же рассчитал и представил емкость локального рынка медуслуг с применением C‑RT. Тогда в Гумме и четырех соседних префектурах проживали 15,8 млн человек. Минимальное число онкологических пациентов с заболеваниями, поддающимися тяжелой ионной терапии, на этой территории могло доходить до 1,5 тысячи в год. Для этой аудитории центр C‑RT в Гумме, будь он построен, стал бы надеждой на спасение, подтверждали расчеты группы Накано.

Заложенная в калькуляцию стоимость лечения – $28–38 тысяч (3‑4 млн иен) – позволила бы в адекватные сроки оправдать инвестиции. Высокий ценник, в свою очередь, обосновывался эффективностью метода C‑RT. В NIRS провели эксперимент: одну группу пациентов с неоперабельным рецидивом аденокарциномы прямой кишки лечили только с помощью тяжелой ионной терапии, другую – близким по суммарной стоимости комплексом методик (лучевая терапия, химиотерапия, гипертермия). В течение двух лет выживаемость участников первой группы достигла 85%, второй – лишь 55%. Почти вдвое выше – 37 дней против 66 – в первом случае оказалась и «оборачиваемость» койки.

Наконец, ради победы в затянувшейся партии Такаси Накано «нарисовал» еще одного туза – по его инициативе NIRS вместе с Mitsubishi Electronics разработали для центра C‑RT в Гумме ускоритель новой конфигурации – в три раза меньше, чем установленный в NIRS предшественник, и стоящий всего $80 млн, что удешевляло общую стоимость проекта до $124 млн (13 млрд иен). В 2006 году японский Минздрав официально признал замысел профессора Накано состоятельным.

А пока в городке Маебаси на территории университетской клиники Гумма строилась двухэтажная коробка будущего центра тяжелой ионной терапии, дискуссия о перспективности метода C‑RT выплеснулась за границы профсообщества. Темой стали интересоваться организаторы здравоохранения из других префектур страны, пытающиеся понять, возможно ли сделать дорогостоящую процедуру доступной для широкой пациентской аудитории и при каких параметрах инвестиции в центры C‑RT ($124 млн против $67 млн, необходимых для организации центров набирающей популярность в Японии протонной терапии) будут иметь практический смысл. В 2007 году в Министерстве здравоохранения, труда и благосостояния даже не думали о том, чтобы включить инновационный метод C‑RT в страховые программы. «Он еще должен доказать свою эффективность», – говорил тогда представитель ведомства порталу Nikkei Medical Online. Но у профессора Накано уже тогда вызревал свой план: «Чтобы C‑RT включили в медицинскую страховку, нужно распространить его по всей стране».

Читать еще:  Иммунотерапия при лечении раком легких

Открытие в 2010 году Gunma University Heavy‑Ion Medical Center (GHMC) приурочили к представительному отраслевому мероприятию – торжественно проведенной в Гумме 49‑й Конференции по терапии частиц PTCOG. Авторитетным делегатам показали новехонький университетский центр C‑RT, где на площади 6,3 тысячи кв. м разместились терапевтические и смотровые комнаты, ПЭТ/КТ, МРТ, а самое главное – ускорительный комплекс 20‑метрового диаметра.

Онкология Японии: клиники

Учреждение работает с высочайшей интенсивностью и поистине японским качеством.

Прогноз лечения у доктора Таканори Фукусима, как правило, благоприятный.

Руководство не скрывает больших амбиций и заявляет, что строит медицину будущего.

Здесь работает большой штат докторов, чья квалификация известна далеко за пределами.

Как лечат рак в Японии?

До недавнего времени Японию считали страной, достаточно закрытой и специфической. В последние годы, в связи с активизацией медицинского туризма, Министерство экономики, промышленности и торговли создало специальное агентство. Оно объединяет организации и компании для оказания поддержки иностранным пациентам, делает лечение рака в Японии и других заболеваний доступным и упорядоченным.

Heavy Ion Beam Therapy — передовая медицинская технология

В 1994 году, в префектуре Тиба построили и ввели в эксплуатацию медицинский ускоритель для использования пучков тяжёлых частиц при лечении онкологии в Японии. С 1994 по 2013 год радиотерапию в клинике Национального института радиологических исследований прошли более семи с половиной тысяч пациентов.

Тяжёлые углеродные частицы были применены в лечебных целях впервые в мире. Они доказали эффективность по отношению к различным формам рака, которые с трудом поддавались терапии обычными фотонами.

Сегодня в Японии онкология следующих локализаций наиболее успешно ликвидируется:

  • основание черепа,
  • шея,
  • область головы,
  • печень,
  • лёгкие,
  • костные ткани опорно-двигательного аппарата.

Лечение проходит в сжатые сроки, а качество жизни пациентов становится несоизмеримо выше.

Преимущество инновационного метода в онкологии Японии

При помощи ускорителя ионы углерода разгоняют до скорости, составляющей 70% от скорости света. Они не пронизывают тело насквозь, как фотоны; тяжёлые частицы останавливаются на заданной глубине и высвобождают максимальное количество энергии.

Место остановки зависит от энергии, с которой лучи входят в тело. Коллиматор точно воссоздаёт форму опухоли и позволяет концентрированно уничтожать злокачественные клетки, не затрагивая здоровые.

Лечение рака в Японии посредством радиотерапии пучком тяжёлых частиц имеет ограничения:

  • метастазы,
  • если поражённый орган ранее подвергался лучевому воздействию,
  • лечение полых органов (пищевод, желудок, кишечник и др.).

Другие лучевые методы в Японии

Помимо лечения рака в Японии пучками тяжёлых частиц и протонной терапии, японские доктора практикуют множество способов радиологического воздействия, не имеющих побочных эффектов стандартного лучевого лечения. Большого внимания заслуживают бор-нейтрон-захватная и стереотаксическая терапия, позволяющие излечивать рак в случаях, которые ранее считали безнадёжными.

Японские онкологические клиники преуспели в нелучевых методах лечения рака:

  • эмболизация,
  • химиотерапия (пероральное введение препаратов Lonsurf, TS-1),
  • эндоскопическая резекция,
  • иммунотерапия (вакцина на основе дендритных клеток),
  • лапароскопические операции,
  • открытые хирургические вмешательства,
  • Нано-нож (избирательное разрушение злокачественных клеток электричеством).

Лечение онкологии в Японии с помощью Гамма-ножа

Японские врачи накопили большой опыт лечения новообразований головного мозга радиохирургическим методом Гамма-нож. К преимуществам они относят возможности:

  • устранять труднодоступные для традиционной хирургии опухоли,
  • минимизировать влияние облучения на здоровые клетки по сравнению с обычной лучевой терапией,
  • получать быстрый результат без осложнений,
  • возобновлять повседневную активность пациента,
  • избежать побочных эффектов хирургической операции.

Онкологический операционный робот Кибер-нож

Это современное радиохирургическое чудо удаляет раковые образования простаты, лёгких, головного мозга, поджелудочной железы, позвоночника, спинного мозга, почек, печени менее чем за один час. Система, построенная на революционных разработках последних лет, представляет из себя комбинацию новейших медицинских аппаратов.

Лёгкий и компактный излучатель контролируется компьютером. Робот может совершать движения в шести разных направлениях, подвергая высокоточному облучению больные ткани. Воздействовать на движущиеся органы позволяет устройство для комбинированного изображения. Даже лёгкие в фазе дыхания не затрудняют работу врачей.

Во время врачебных манипуляций, под контролем компьютера моделируется изображение и в режиме реального времени корректируются малейшие движения пациента. Таким образом, фиксация во время сеанса не нужна. Проведения наркоза не требуется, так как всё проходит абсолютно безболезненно.

Использование робота Да Винчи при лечении рака в Японии

Роботохирургия отличается щадящими приёмами по отношению к больным. Это достигается путём увеличения чёткости хирургических действий, поскольку исключается естественный фактор дрожания рук, а инструментарий используется точнее и с оптимальной амплитудой. Количество послеоперационных осложнений не превышает 3—5%.

Робот Да Винчи — это великолепный ассистент для хирурга, позволяющий максимально аккуратно осуществлять специфические манипуляции, заметно снижая операционное повреждение тканей, сроки госпитализации и реабилитации. Минимизировать боль, кровотечения, образование рубцов — задача инновационной роботизированной системы, с которой, по мнению врачей и пациентов, Да Винчи отлично справляется.

Система включает в себя место хирурга с консолью управления и монитором, миниатюрные камеры, увеличивающие изображение операционного поля и инструментов. Управление операцией происходит при помощи манипуляторов, введённых в брюшную полость. Они способны вращаться на 360 градусов, разрезать и отделять ткани, использовать хирургические иглы. Но за любыми эффектами высокотехнологичных процессов стоят мастерство и квалификация врача. В Японии они всегда были эталонными.

В Стране Восходящего Солнца качество медицинских услуг находится на мировом лидерском уровне. Система здравоохранения в Японии настолько эффективна, что мужчины живут, в среднем, 79 лет, а женщины — 85. Следовательно, японские онкологические клиники способны противостоять одной из главных причин смертности людей.

Предлагаем Вам более подробно ознакомиться со следующей информацией:

  • звоните +7 (863) 29-888-08 и узнавайте цены на диагностику и терапию;
  • пишите на me-info@medical-express.ru и получайте обзор клиник Японии, подходящих именно Вам.

Считаете материал полезным? Поделитесь статьей о лечении за рубежом с друзьями:

Оставить заявку

Укажите свои контакты, и мы обязательно с Вами свяжемся !!

КОММЕНТАРИИ И ОТЗЫВЫ

Если у Вас есть что добавить по теме, или Вы можете поделиться своим опытом, расскажите об этом в комментарии или отзыве.

ИМЕЮТСЯ ПРОТИВОПОКАЗАНИЯ, ТРЕБУЕТСЯ КОНСУЛЬТАЦИЯ СПЕЦИАЛИСТА

Талантливые врачи-ортопеды освоили в совершенстве методы эндопротезирования суставов в Израиле, хирургию плечевого пояса, кисти, восстанавливающие операции, которые устраняют последствия травм и многое другое. Например, операция в Израиле на коленном суставе значительно улучшает жизнь пациентов, многие из которых впоследствии занимаются гимнастикой, работают, путешествуют и ведут быт. Подробнее узнаете у сотрудников компании “МедЭкспресс”.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector