Почему ученые до сих пор не могут найти эффективное лекарство от рака? Когда предположительно его изобретут

Почему ученые до сих пор не могут найти эффективное лекарство от рака? Когда предположительно его изобретут?

Некоторые опасные болезни, которые еще полвека назад считались фатальными, сегодня лечатся буквально за считанные месяцы или недели. Но рак это не тот случай. Данного диагноза люди боятся больше всего. Некоторые считают, что ученые давно нашли средство для лечения, но медицинские корпорации намеренно скрывают это.

Есть ли лекарство от рака?

Все разговоры о том, что раковые образования можно излечить «секретным» лекарством или особой операцией – выдумки. Никакого заговора врачей или фармацевтических компаний нет. Они не скрывают продвинутых технологий лечения.

Отчаявшиеся раковые больные и их родственники часто указывают на то, что многие болезни человечество успешно победило. Тут имеет место преувеличение.

В основном с помощью лекарств удалось подавить массовое распространение инфекционной заразы, вроде холеры, оспы и т.д. И то в мире до сих пор есть очаги подобных болезней.

Открытия в области оптики позволили создать мощные микроскопы, помогающие изучить структуру опасных вирусов и бактерий. Плюс появились антибиотики, прямо воздействующие на инфекции.

С раком все совершенно иначе. Чтобы понять, почему медикам не по силам создать лекарство от него, следует знать особенности данного недуга.

Собственные клетки становятся врагами

В основе разработки любого из методов лечения лежит понимание механизма появления болезни. Например, при попадании болезнетворных бактерий в организм применяются вещества, целенаправленно уничтожающие их.

В случае нарушения работы органов или систем проводятся операции по восстановлению их функций или в ход идут препараты, подбирается диета, назначается физиотерапия, массаж и т.д.

Казалось бы, медикам нужно просто воздействовать на эти активно делящиеся клетки. Лечение действительно подразумевает такое воздействие методом химиотерапии. Но все осложняется тем, что при этом умирают нормальные клетки, которые обновляются естественным образом.

Рак постоянно усиливается в противостоянии с иммунной системой и внешним воздействием (химиотерапией). Образуются злокачественные клетки, которые уже устойчивы к определенным препаратам и делятся более агрессивно. Онкологи вынуждены менять схему лечения. На это тоже нужно время, за которое опухоль захватывает новые ткани. То есть врачи не всегда поспевают за коварным заболеванием.

Проблемы при лечении доставляет инвазивное распространение недуга. Доброкачественная опухоль разрастается как единый узел, вытесняя остальные клетки. Ее легче вырезать при операции.

Злокачественные опухоли быстро и далеко прорастают в ткани органа, в котором образовались. При этом нормальные соседние клетки могут «разъедаться». Инвазия иногда идет одиночными клетками, а не их группами.

Хирургически удалить такое опасное разрастание из тканей сложно. Врачам приходится вырезать не только обнаруженный раковый узел, но и находящуюся рядом здоровую на вид ткань.

Метастазирование – еще одно мощное оружие рака. Злокачественные клетки обладают способностью выходить в кровоток, то есть всегда есть риск переноса заболевания в другое место и создание новых опухолей в здоровых органах.

С раком связано несколько мифов:

  • Для защиты от раковых опухолей надо есть больше полезных продуктов. На самом деле нет овощей или фруктов, которые бы считались действенной профилактикой от этого жуткого заболевания;
  • Мобильные телефоны становятся причиной развития рака. Это неправда. Медики не обнаружили прямой взаимосвязи между волнами высокой частоты, исходящими от гаджетов, и возникновением злокачественных новообразований;
  • Ношение бюстгальтера вызывает рак груди. Это очередная страшилка, не имеющая научных подтверждений.

В Израиле изобрели лекарство от рака?

В начале 2019-го года израильские ученые рассказали об успешных испытаниях противоракового препарата, который по эффективности превосходит все остальные методы лечения.

Разработка велась под началом биофармацевтической фирмы Accelerated Evolution Biotechnologies. Как заявляет ее руководитель Д. Аридор, революционное средство показывает эффективность уже с первого дня использования. При этом сам курс лечения составляет примерно месяц, а обойдется он во много раз дешевле других противораковых методик.

В основе действия MuTaTo лежит устранение главное «щита» рака – способность мутировать и становиться устойчивым к лекарству. В препарате содержится три пептида, которые будут препятствовать быстрому изменению опухолевых клеток. Параллельно с этим входящий в состав особый токсин станет разрушать их.

В этом ролике онколог Антон Губин расскажет, почему это изобретение израильских ученых и его методы вызывают большое сомнение в его эффективности:

Методы лечения рака

К числу основных методов лечения относится:

  1. Удаление хирургическим путем ракового образования или части опухоли. Последнее актуально в случае невозможности полностью удалить группы раковых клеток, которые сильно поразили органы. Зато это позволяет сделать более эффективными другие виды воздействия на них (препараты, лучевая терапия и т.д.);
  2. Химиотерапия. Мощные вещества в составе капсул или таблеток направленно уничтожают раковые клетки;
  3. Лучевая терапия. Ионизирующее излучение губительно для рака. Но оно часто наносит вред другим органам и ухудшает характеристики крови;
  4. Иммунотерапия. Назначаются специальные препараты, которые помогают иммунной системе отличать раковые клетки от нормальных. Соответственно, иммунитет больного начинает пытаться уничтожить их.

Когда найдут лекарство от рака?

На данной стадии развития медицины сложно точно спрогнозировать дату создания лекарства от опасного недуга. Усилия медиков направлены на улучшение комплексных мер борьбы с ним уже много лет: химиотерапия, иммунотерапия, совершенствование методик проведения операций и т.д.

Читать еще:  Рак полости носа и придаточных пазух

Хотя лекарства от рака пока не существует, он уже перестал быть заболеванием, которое совсем не поддается лечению. Поэтому онкологи советуют при малейших подозрениях сразу проходить обследование.

Видео: лекарство от рака уже изобрели?

В этом ролике врач-онколог Игорь Стасов расскажет подробности об изобретении инновационного средства лечения онкологических заболеваний, тестируемого сейчас учеными из Израиля:

Почему ученые до сих пор не могут найти эффективное лекарство от рака? Когда предположительно его изобретут?

Некоторые опасные болезни, которые еще полвека назад считались фатальными, сегодня лечатся буквально за считанные месяцы или недели. Но рак это не тот случай. Данного диагноза люди боятся больше всего. Некоторые считают, что ученые давно нашли средство для лечения, но медицинские корпорации намеренно скрывают это.

Есть ли лекарство от рака?

Все разговоры о том, что раковые образования можно излечить «секретным» лекарством или особой операцией – выдумки. Никакого заговора врачей или фармацевтических компаний нет. Они не скрывают продвинутых технологий лечения.

Отчаявшиеся раковые больные и их родственники часто указывают на то, что многие болезни человечество успешно победило. Тут имеет место преувеличение.

В основном с помощью лекарств удалось подавить массовое распространение инфекционной заразы, вроде холеры, оспы и т.д. И то в мире до сих пор есть очаги подобных болезней.

Открытия в области оптики позволили создать мощные микроскопы, помогающие изучить структуру опасных вирусов и бактерий. Плюс появились антибиотики, прямо воздействующие на инфекции.

С раком все совершенно иначе. Чтобы понять, почему медикам не по силам создать лекарство от него, следует знать особенности данного недуга.

Собственные клетки становятся врагами

В основе разработки любого из методов лечения лежит понимание механизма появления болезни. Например, при попадании болезнетворных бактерий в организм применяются вещества, целенаправленно уничтожающие их.

В случае нарушения работы органов или систем проводятся операции по восстановлению их функций или в ход идут препараты, подбирается диета, назначается физиотерапия, массаж и т.д.

Казалось бы, медикам нужно просто воздействовать на эти активно делящиеся клетки. Лечение действительно подразумевает такое воздействие методом химиотерапии. Но все осложняется тем, что при этом умирают нормальные клетки, которые обновляются естественным образом.

Рак постоянно усиливается в противостоянии с иммунной системой и внешним воздействием (химиотерапией). Образуются злокачественные клетки, которые уже устойчивы к определенным препаратам и делятся более агрессивно. Онкологи вынуждены менять схему лечения. На это тоже нужно время, за которое опухоль захватывает новые ткани. То есть врачи не всегда поспевают за коварным заболеванием.

Проблемы при лечении доставляет инвазивное распространение недуга. Доброкачественная опухоль разрастается как единый узел, вытесняя остальные клетки. Ее легче вырезать при операции.

Злокачественные опухоли быстро и далеко прорастают в ткани органа, в котором образовались. При этом нормальные соседние клетки могут «разъедаться». Инвазия иногда идет одиночными клетками, а не их группами.

Хирургически удалить такое опасное разрастание из тканей сложно. Врачам приходится вырезать не только обнаруженный раковый узел, но и находящуюся рядом здоровую на вид ткань.

Метастазирование – еще одно мощное оружие рака. Злокачественные клетки обладают способностью выходить в кровоток, то есть всегда есть риск переноса заболевания в другое место и создание новых опухолей в здоровых органах.

С раком связано несколько мифов:

  • Для защиты от раковых опухолей надо есть больше полезных продуктов. На самом деле нет овощей или фруктов, которые бы считались действенной профилактикой от этого жуткого заболевания;
  • Мобильные телефоны становятся причиной развития рака. Это неправда. Медики не обнаружили прямой взаимосвязи между волнами высокой частоты, исходящими от гаджетов, и возникновением злокачественных новообразований;
  • Ношение бюстгальтера вызывает рак груди. Это очередная страшилка, не имеющая научных подтверждений.

В Израиле изобрели лекарство от рака?

В начале 2019-го года израильские ученые рассказали об успешных испытаниях противоракового препарата, который по эффективности превосходит все остальные методы лечения.

Разработка велась под началом биофармацевтической фирмы Accelerated Evolution Biotechnologies. Как заявляет ее руководитель Д. Аридор, революционное средство показывает эффективность уже с первого дня использования. При этом сам курс лечения составляет примерно месяц, а обойдется он во много раз дешевле других противораковых методик.

В основе действия MuTaTo лежит устранение главное «щита» рака – способность мутировать и становиться устойчивым к лекарству. В препарате содержится три пептида, которые будут препятствовать быстрому изменению опухолевых клеток. Параллельно с этим входящий в состав особый токсин станет разрушать их.

В этом ролике онколог Антон Губин расскажет, почему это изобретение израильских ученых и его методы вызывают большое сомнение в его эффективности:

Методы лечения рака

К числу основных методов лечения относится:

  1. Удаление хирургическим путем ракового образования или части опухоли. Последнее актуально в случае невозможности полностью удалить группы раковых клеток, которые сильно поразили органы. Зато это позволяет сделать более эффективными другие виды воздействия на них (препараты, лучевая терапия и т.д.);
  2. Химиотерапия. Мощные вещества в составе капсул или таблеток направленно уничтожают раковые клетки;
  3. Лучевая терапия. Ионизирующее излучение губительно для рака. Но оно часто наносит вред другим органам и ухудшает характеристики крови;
  4. Иммунотерапия. Назначаются специальные препараты, которые помогают иммунной системе отличать раковые клетки от нормальных. Соответственно, иммунитет больного начинает пытаться уничтожить их.
Читать еще:  Чага при онкологии: как пить, рецепты

Когда найдут лекарство от рака?

На данной стадии развития медицины сложно точно спрогнозировать дату создания лекарства от опасного недуга. Усилия медиков направлены на улучшение комплексных мер борьбы с ним уже много лет: химиотерапия, иммунотерапия, совершенствование методик проведения операций и т.д.

Хотя лекарства от рака пока не существует, он уже перестал быть заболеванием, которое совсем не поддается лечению. Поэтому онкологи советуют при малейших подозрениях сразу проходить обследование.

Видео: лекарство от рака уже изобрели?

В этом ролике врач-онколог Игорь Стасов расскажет подробности об изобретении инновационного средства лечения онкологических заболеваний, тестируемого сейчас учеными из Израиля:

Засекреченная «таблетка от рака»: Конспирология или реальность?

Андрей Пылёв, врач-онколог и главный врач «Европейской клиники», рассказал Царьграду, как обстоят дела с поиском эффективных лекарств от онкологических заболеваний

Царьград: Наших читателей и зрителей интересует вот какой момент. Мы все боремся с раком давно, но почему так и нет эффективного лекарства, условно говоря, эффективной «таблетки» или вакцины от этой болезни? При гораздо более низком уровне развития науки люди победили оспу, чуму, массу других заболеваний. А здесь что – научный тупик или определённое противодействие?

Андрей Пылёв: Противодействие со стороны кого?

Ц.: Со стороны фармацевтических компаний, которые в случае появления более-менее надёжного средства от рака потеряют огромные прибыли. Ведь рынок противораковых лекарств – как относительно эффективных, так и чисто паллиативных – огромен. Или всё же нам не хватает научных возможностей?

А.П.: Нам – может быть, но в Америке-то возможности совершенно точно есть.

Уже давно ходит вот эта интернет-байка, что лекарство от рака давным-давно изобретено, но бессовестные мерзавцы из фармкомпаний сознательно его не выпускают на рынок, чтобы зарабатывать деньги на препаратах, которые дают лишь краткосрочный эффект и краткосрочное улучшение. Но это всё полная чушь.

Просто онкологические заболевания принципиально отличаются от целого ряда других. Опухолевая клетка имеет определенные дополнительные свойства, неконтролируемый рост и неконтролируемое деление, и этим отличается от обычной. Происходит инвазия в другие органы и структуры. И воздействовать на этот процесс крайне сложно.

Раковая клетка. Фото: www.globallookpress.com

Сейчас мы имеем ряд лекарств-агентов, которые могут по тем или иным причинам оказывать краткосрочный эффект. Но спустя какое-то время любой препарат перестает работать, появляются новые факторы, новые вводные, которые тоже вступают в силу, – и опухолевая клетка продолжает делиться. Именно поэтому, собственно, любая лекарственная терапия позволяет получить эффект лишь на какое-то время.

Сейчас появилась иммунотерапия, которая работает принципиально по-другому, и эффект от неё более долгосрочный, но тоже, к сожалению, предельный. Более того, когда опухоль, допустим, хирургически удаляется – удаляются лишь видимые проявления заболевания. Причины и предпосылки возникновения болезни всё равно сохраняются, опухолевые клетки всё равно циркулируют в крови. И спустя какое-то время – не всегда, но часто – возникает рецидив. Именно поэтому с этой болезнью бороться намного сложнее, чем со всеми остальными.

Но наука не стоит на месте: принципы и подходы к лечению целого ряда заболеваний принципиально поменялись за последнее время. Те из них, что считались абсолютно безнадёжными ещё десять лет назад, сейчас уже не то что успешно лечатся, но по крайней мере алгоритм, медиана выживаемости радикально поменялись.

Фото: www.globallookpress.com

Ц.: Но в перспективе, через десять, двадцать, пятьдесят лет, может быть создан какой-то препарат, та самая таблетка или вакцина?

А.П.: Теоретически – да. Но опять же никогда не будет универсальной таблетки. Это может быть значительная группа препаратов, которые, так же как сейчас, смогут работать лучше и лучше.

Ц.: А что нам для этого надо? Больше вкладываться в разработки, в медицину?

А.П.: Безусловно. Это наука.

Ц.: То есть «таблетка от рака» – во многом вопрос государственного финансирования?

А.П.: Это очень многофакторный процесс. Должны быть и деньги, и кадры, должно быть образование и многое другое. К сожалению, ни одного из перечисленных факторов в Российской Федерации в должном объёме сейчас нет.

На данном этапе наша задача хотя бы просто внедрять те вещи, которые есть в мире. Но мы даже на государственном уровне и этого толком сделать не можем. Так что нам ещё работать, работать и работать.

Тайна лекарства от рака. Где и кто прячет лекарство?

Британский ученый, менеджер исследовательского проекта в области онкогеномики Кэт Эннис объясняет, существует ли лекарство от рака и выгодно ли кому-то это скрывать. Предлагаем вам прочитать текст ее статьи в The Guardian, которая вызвала много дискуссий.

Многие комментаторы в интернете — а также некоторые мои случайные светские знакомые — верят во всемирный заговор ученых, которые из алчности препятствуют созданию “лекарства от рака”. Это полная чушь.

Я хорошо помню, когда впервые узнала, что являюсь участницей всемирного заговора, наживаю миллионы долларов и садистически похохатываю над страданиями умирающих. Дело было в 2004 году, на рождественской вечеринке у моего приятеля, где я представилась его новому соседу как научный сотрудник Агентства по исследованию рака канадской провинции Британская Колумбия.

Будучи новоиспеченным выпускником аспирантуры, я тогда зарабатывала 35 000 канадских долларов (около 1 миллиона рублей. — БГ) в год, поэтому послушать о миллионах мне уже было любопытно. Но больше всего меня поразило, с какой злостью обрушился на меня собеседник: тыча пальцем мне в лицо, он громогласно обличал “этих ваших ученых, которые зажали стопроцентное средство от рака” (“какие-то там витамины, спрессованные с протеинами”, я цитирую его буквально) — мол, глядя на миллионы смертей, мы преспокойно подсчитываем выгоду от продажи “бесполезной отравы”, которую втюхиваем несчастным больным.

Читать еще:  Горький миндаль от рака простаты

Этого гостя — когда он двинул в грудь моего мужа, решившего удостовериться, что я в безопасности, — выдворили с вечеринки и никогда больше в тот дом не позовут. Но он далеко не единственный адепт теории заговора. В сети на нее натыкаешься повсюду — настолько часто и густо, что даже читая о последних достижениях родного исследовательского института, я не могу отделаться от предчувствия неминуемой беды, лишь крепнущего по мере продвижения к концу текста.

Слабоумием я не страдаю и поэтому вполне осознаю: дело продвигается удручающе медленно (хотя и верно), и крупные фармацевтические компании ведут себя далеко не безупречно. В то же время как человек, 12 лет посвятивший исследованиям в области борьбы с раком (сначала как научный сотрудник, а затем в качестве менеджера исследовательских проектов и умельца по добыванию грантов), я понимаю, почему решение проблемы дается так непросто. Грубо говоря, убить раковые клетки, оставив в живых здоровые — задача приблизительно такого же порядка, как выиграть сражение, в котором пехота с обеих сторон одета в одинаковые мундиры, и только у кого-то из неприятельских солдат пуговицы слегка другой формы, у других — немножко длиннее шнурки, у третьих — чуть больше кружавчиков на нижнем белье, и все они умеют ловко переодеваться прямо по ходу битвы.

Как таковое “средство от рака” получить невозможно — мы учимся как можно раньше распознавать болезнь, ищем более действенные способы лечения и, в отдельных случаях вроде создания вакцины против вируса папилломы человека, придумываем пути более надежной профилактики. Сделать предстоит еще очень многое, однако и успехов достигнуто не мало: интересующимся темой искренне рекомендую прекрасную книгу Сиддхартхи Мукерджи “Император всех недугов. Биография рака” (“The Emperor of All Maladies: A Biography of Cancer”).

Где бы ни работали лично мне известные специалисты — в лабораториях ли фармацевтических корпораций или, как я, в академических исследовательских институтах — всеми в первую очередь движет желание внести свой вклад в борьбу против рака. Многие пришли в эту область после того, как с раком столкнулся кто-то из их близких, — когда мне было 15, от рака умерла моя бабушка.

Я знаю специалистов, отказавшихся ради исследовательской работы от гораздо более многообещающей в смысле денег карьеры в медицине; сама я, без особого интереса отработав пару лет на постоянной должности в биотехнологической компании, с потерей в деньгах вернулась в мир академической науки и кратковременных рабочих контрактов. Поверьте, из моих коллег очень многие могли бы зарабатывать гораздо больше, избрав себе другое занятие. Да, в научных институтах тоже порой делаются блестящие карьеры — но блеск их не в деньгах, а в славе.

Вот вам еще более весомый аргумент: если бы мы и вправду обладали тайной панацеей, никто из наших коллег и родных никогда не умирал бы от рака. А это не так. Из недавних громких примеров: доктор Ральф Стайнман умер от рака поджелудочной железы, считаных дней не дожив до вручения присужденной ему Нобелевской премии по физиологии и медицине 2011 года, и это несмотря на все попытки побороть болезнь с помощью им же сделанных открытий. Что до людей попроще, то у нескольких десятков знакомых мне сотрудников фармацевтических корпораций и академических исследовательских центров рак либо диагностирован, либо унес кого-то из близких.

И что? Тайное лекарство? Всемирный заговор?

Нам действительно удалось подкупить поголовно всех, кто имел хоть какое-нибудь отношение к клиническим исследованиям (без которых невозможно было бы убедиться, что лекарство работает), мы заткнули деньгами рот всем пациентам, их родственникам и друзьям, медсестрам, врачам, операторам, вводившим в компьютер результаты наблюдений за больными, медстатистикам, аспирантам и всем прочим. Мы стрижем купоны с продажи созданных нами препаратов для химиотерапии и, дабы не лишиться прибыли, в случае болезни сами не принимаем тайного лекарства от рака и не даем его ни друзьям, ни родным. Ради своих насиженных мест мы с легкостью жертвуем миллионами жизней — ведь если открыть миру, что рак излечим, нашей специально обученной шайке нечем будет заняться, для нее больше не найдется даже самой завалящей болячки. И никто из нас до сих пор не заявил прав на Нобелевскую премию, на всеобщую любовь и восхищение, которые причитались бы ему как создателю лекарства от рака! Видите теперь, как несказанно нам везет?

И да, кстати: фармацевтические компании разоряются одна за другой, а все оттого, что целой армии юристов, опытнейших специалистов по интеллектуальной собственности, не хватило на изыскание способа запатентовать сульфат магния — или какое там еще чудодейственное средство по бросовой цене заполонило на этой неделе ленты фейсбука.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector