В – первом в – РФ центре протонной терапии прошли лечение 100 российских детей

В первом в РФ центре протонной терапии прошли лечение 100 российских детей

  • © storage.protherapy.ru

На начало мая 2019 года сто российских пациентов моложе 19 лет с диагностированным раком прошли курс лечения протонами в единственном на данный момент в РФ клиническом центре протонно-лучевой терапии в Санкт-Петербурге.

Центр, построенный Медицинским институтом им. Березина Сергея (МИБС), был открыт осенью 2017 года; активное лечение протонной терапией ведется с февраля 2018 года.

География юных пациентов, поступивших на лечение в Центр МИБС, охватывает всю территорию РФ — от Калининграда на западе до Хабаровского края на востоке, от Сургута на севере до Ставрополья на юге. Треть из них – жители Санкт-Петербурга, который стал первым и единственным городом в стране, где все дети при необходимости могут получить этот самый современный вид лучевой терапии бесплатно.

Дело в том, что Санкт-Петербург с 2018 года выделяет средства из регионального бюджета на лечение протонами 100 человек в год. С 2019 года к нему присоединились Москва и Московская область. Деньги на оплату лечения детей из других регионов собирают благотворительные организации. Из федерального бюджета средства на протонную терапию, как говорила ранее Министр здравоохранения рФ Вероника Скворцова, будут выделяться не ранее 2020 года.

Так как Центр МИБС является на данный момент единственным также на пространстве СНГ, в Петербург на лечение приезжают также дети их Казахстана, Украины, Республики Беларусь. В целом пациенты моложе 19 лет составляют примерно половину от общего числа прошедших здесь лечение.

  • © storage.protherapy.ru

Протонная терапия признана оптимальной для лучевого лечения детей. В подавляющем большинстве случаев она предпочтительнее традиционной (фотонной) лучевой терапии. Растущий организм особо чувствителен к лучевой нагрузке, что в случае облучения фотонами ведет к таким последствиям, как замедление роста и развития костей, мышц, органов нервной системы, дисбаланс гормонов и задержки интеллектуального развития. Лечение протонами сводит к минимуму главный риск традиционной лучевой терапии – возникновение вторичных раков в поврежденных радиацией здоровых тканях через 10-15 лет после завершения курса лечения.

Протонная терапия также демонстрирует преимущества при лечении взрослых, у которых выявлены новообразования в непосредственной близости к критически важным органам. Метод позволяет эффективно облучать опухоли головного мозга, опухоли головы — шеи, позвоночника, простаты, легких, почки, печени, глаз, языка, гортани, инкурабельные (неизлечимые) для фотонной лучевой терапии или хирургии. Как подтверждают клинические исследования, эффективная технология обеспечивает безрецидивное излечение рака простаты в 97% случаев, успешность лечения ряда опухолей головного мозга — в 90% случаев, на 30%, по сравнению с традиционной лучевой терапией, повышает пятилетнюю выживаемость пациентов.

  • © s3files.core77.com

Преимущества метода обусловлены тем, что для разрушения патологических клеток используются не фотоны (лучи), а протоны — тяжелые заряженные частицы, которые в силу своей физической природы доставляют дозу радиации точно в цель, не задевая нормальные ткани. Протоны разгоняются в суперпроводящем циклотроне почти до скорости света, а затем под воздействием мощных магнитов направляются по линии доставки в гентри.

Гентри – огромная машина весом 220 тонн — вращается вокруг лежащего на лечебном столе пациента, делая полный оборот за одну минуту. В сочетании с особой конструкцией стола, имеющего 6 степеней свободы, это дает возможность выбирать наиболее короткий и безопасный путь подведения протонного пучка к опухоли.

  • © s3files.core77.com

Система ProBeam производства компании Varian (США) отличается самой передовой технологией доставки дозы радиации — так называемым «сканированием карандашным пучком». Остронаправленный пучок протонов перемещается вдоль вертикальной и горизонтальной осей, подобно кончику карандаша «заштриховывая» всю опухоль со скоростью один литр за одну минуту. Высокая энергия пучка протонов позволяет доставлять разрушительную для злокачественных клеток энергию к мишеням, залегающим на глубине от 1-го до 20 см; синхронизация процесса облучения с дыханием пациента дает возможность лечить подвижные опухоли.Первый клинический центр протонной терапии начал работать в Лома-Линде, США, в 1990 году, и сейчас количество таких объектов приближается к 60. Единственный на сегодня российский клинический центр протонной терапии с поворотной системой гентри на полную загрузку выйдет только в 2020 году и сможет принимать до 800 человек в год. В соответствии с современными протоколами лечения онкологических заболеваний, это примерно половина годовой потребности в лечении протонами для российских пациентов моложе 19 лет. Если говорить об общей потребности в протонной терапии в РФ, то, по разным оценкам, она показана 25-35 тысяч онкологическим больным в год.

В первом в РФ центре протонной терапии прошли лечение 100 российских детей

  • © storage.protherapy.ru

На начало мая 2019 года сто российских пациентов моложе 19 лет с диагностированным раком прошли курс лечения протонами в единственном на данный момент в РФ клиническом центре протонно-лучевой терапии в Санкт-Петербурге.

Центр, построенный Медицинским институтом им. Березина Сергея (МИБС), был открыт осенью 2017 года; активное лечение протонной терапией ведется с февраля 2018 года.

Читать еще:  Рак почки 4 степени с метастазами сколько живут

География юных пациентов, поступивших на лечение в Центр МИБС, охватывает всю территорию РФ — от Калининграда на западе до Хабаровского края на востоке, от Сургута на севере до Ставрополья на юге. Треть из них – жители Санкт-Петербурга, который стал первым и единственным городом в стране, где все дети при необходимости могут получить этот самый современный вид лучевой терапии бесплатно.

Дело в том, что Санкт-Петербург с 2018 года выделяет средства из регионального бюджета на лечение протонами 100 человек в год. С 2019 года к нему присоединились Москва и Московская область. Деньги на оплату лечения детей из других регионов собирают благотворительные организации. Из федерального бюджета средства на протонную терапию, как говорила ранее Министр здравоохранения рФ Вероника Скворцова, будут выделяться не ранее 2020 года.

Так как Центр МИБС является на данный момент единственным также на пространстве СНГ, в Петербург на лечение приезжают также дети их Казахстана, Украины, Республики Беларусь. В целом пациенты моложе 19 лет составляют примерно половину от общего числа прошедших здесь лечение.

  • © storage.protherapy.ru

Протонная терапия признана оптимальной для лучевого лечения детей. В подавляющем большинстве случаев она предпочтительнее традиционной (фотонной) лучевой терапии. Растущий организм особо чувствителен к лучевой нагрузке, что в случае облучения фотонами ведет к таким последствиям, как замедление роста и развития костей, мышц, органов нервной системы, дисбаланс гормонов и задержки интеллектуального развития. Лечение протонами сводит к минимуму главный риск традиционной лучевой терапии – возникновение вторичных раков в поврежденных радиацией здоровых тканях через 10-15 лет после завершения курса лечения.

Протонная терапия также демонстрирует преимущества при лечении взрослых, у которых выявлены новообразования в непосредственной близости к критически важным органам. Метод позволяет эффективно облучать опухоли головного мозга, опухоли головы — шеи, позвоночника, простаты, легких, почки, печени, глаз, языка, гортани, инкурабельные (неизлечимые) для фотонной лучевой терапии или хирургии. Как подтверждают клинические исследования, эффективная технология обеспечивает безрецидивное излечение рака простаты в 97% случаев, успешность лечения ряда опухолей головного мозга — в 90% случаев, на 30%, по сравнению с традиционной лучевой терапией, повышает пятилетнюю выживаемость пациентов.

  • © s3files.core77.com

Преимущества метода обусловлены тем, что для разрушения патологических клеток используются не фотоны (лучи), а протоны — тяжелые заряженные частицы, которые в силу своей физической природы доставляют дозу радиации точно в цель, не задевая нормальные ткани. Протоны разгоняются в суперпроводящем циклотроне почти до скорости света, а затем под воздействием мощных магнитов направляются по линии доставки в гентри.

Гентри – огромная машина весом 220 тонн — вращается вокруг лежащего на лечебном столе пациента, делая полный оборот за одну минуту. В сочетании с особой конструкцией стола, имеющего 6 степеней свободы, это дает возможность выбирать наиболее короткий и безопасный путь подведения протонного пучка к опухоли.

  • © s3files.core77.com

Система ProBeam производства компании Varian (США) отличается самой передовой технологией доставки дозы радиации — так называемым «сканированием карандашным пучком». Остронаправленный пучок протонов перемещается вдоль вертикальной и горизонтальной осей, подобно кончику карандаша «заштриховывая» всю опухоль со скоростью один литр за одну минуту. Высокая энергия пучка протонов позволяет доставлять разрушительную для злокачественных клеток энергию к мишеням, залегающим на глубине от 1-го до 20 см; синхронизация процесса облучения с дыханием пациента дает возможность лечить подвижные опухоли.Первый клинический центр протонной терапии начал работать в Лома-Линде, США, в 1990 году, и сейчас количество таких объектов приближается к 60. Единственный на сегодня российский клинический центр протонной терапии с поворотной системой гентри на полную загрузку выйдет только в 2020 году и сможет принимать до 800 человек в год. В соответствии с современными протоколами лечения онкологических заболеваний, это примерно половина годовой потребности в лечении протонами для российских пациентов моложе 19 лет. Если говорить об общей потребности в протонной терапии в РФ, то, по разным оценкам, она показана 25-35 тысяч онкологическим больным в год.

Протонная терапия по-русски. Часть 2: кто не рискует, тот не спасает жизни

Вчера мы опубликовали первую часть большого интервью с руководителем центра протонной терапии Медицинского института им. Березина Сергея Аркадием Столпнером об открывшемся в 2017 году центре. Разговор продолжился и плавно перетек в тему о том, как сейчас дела с протонным лечением обстоят в России, сколько стоит курс процедур, для какого типа опухолей он подходит, и что может произойти в отраслью в ближайшие 10-20 лет.

Аркадий Столпнер, установка для протонной терапии. Credit: Александр Щемляев, пресс-служба Губернатора Московской области

По вашим оценкам, насколько в стране на данный момент необходима протонная терапия? Сколько пациентов в год в ней нуждаются?

Этот вопрос можно разделить на две части. Первый – насколько она необходима каждому конкретному пациенту. Начнем с того, что метод дорогой. Например, в Америке он стоит 150-200 тысяч долларов с анестезией для ребенка. В Европе, например, в Праге он, как многие говорят, достаточно дешевый, но чтобы все понимали – меньше, чем 70 тысяч евро, там процедура тоже не стоить не будет. Наша цена, которую мы сейчас озвучили – 1 800 000 рублей, то есть меньше, чем 30 тысяч долларов. Это самая низкая цена, которая наиболее близка к нашим реалиям.

Читать еще:  Химиотерапия при раке матки: виды и схемы

Поэтому важно понять, а так ли нуждается пациент именно в этом виде лечения? Или можно его долечить на фотонах за гораздо меньшие деньги? Мы создаем два плана, протонный и фотонный, и сравниваем их. Когда вы видите оба плана на экране, то сразу понимаете, что преимущество огромное, либо оно небольшое, либо его вообще нет. Тогда вы можете сказать пациенту, что, может быть, ему или государству не нужно платить такие деньги для того, чтобы получить очень небольшой выигрыш в несколько процентов.

Но иногда мы видим, что планы очень отличаются с разительным преимуществом, и понимаем, что наш пациент просто не сможет выдержать полный курс фотонов. Это означает, что мы не сможем взять опухоль под контроль, и обязательно будет рецидив. То есть мы не получим излечение, хотя оно могло быть. И мы говорим, что да, план на протонах намного лучше, и давайте будем лечить больного по нему. Иногда это бывает разница между жизнью и смертью.

Второй вопрос – а сколько же нужно процедур протонной терапии в стране? По современному уровню знаний считается, что 5-6 процентов от всех больных, проходящих лучевую терапию – это те, кто имеет очень большой выигрыш от протонов по сравнению с фотонами. Соответственно, по разным оценкам, если в России 300-350 тысяч человек нуждаются в дистанционной лучевой терапии, то где-то 20 тысячам пациентов нужны протоны.

Если даже наш центр способен принимать 800-1000 человек в год, то кажется, что нужно непременно построить 20 таких центров. Но, во-первых, может ли наше общество себе позволить 20 центров, стоимость каждого из которых около 600 миллионов долларов, например, как в Димитровграде. Мы свой построили за 120 миллионов долларов. И даже если строить такие центры, то 20 будет стоить уже около 2 миллиардов. Во-вторых, просто построить недостаточно. За их эксплуатацию тоже нужно платить, и это огромные затраты.

Ну и в-третьих: всегда встает выбор, кого и на чем лечить. Если бы общество могло себе позволить проводить через протонную терапию всех, то я бы сказал – давайте. Потому что она всегда и во всех случаях хоть немножко, но лучше. Но общество, конечно, не может, поэтому мы должны отбирать. Мы должны выяснить, при каких условиях, заболеваниях и локализациях разница так велика, что технология становится прорывом. Когда мы а) – спасаем пациента, пациент выживает и живет долгую жизнь вместо гибели, и б) – когда он не инвалидизируется.

И еще важный момент, почему нельзя быстро строить много центров. Протонная технология последние 16 лет развивается стремительно. И на создание центра у нас, например, ушло 4 года, в Димитровграде на это понадобилось 7-8 лет, и еще 4-5 лет нужно для того, чтобы «набить руку». При нынешней скорости научного прогресса есть риск, что технологии обгонят строительство. Если даже мы построим 10-15 центров, то имеем большой шанс увидеть, что эти деньги окажутся потраченными зря, потому что технологии изменились, они стали дешевле, эксплуатация стала дешевле. И у нас будет десяток центров, стоящих огромных денег, а рядом уже можно будет быстро, скажем, за полтора года, возвести почти такой же центр, но гораздо дешевле. Это нужно учитывать при планировании.

Безусловно. А где и как должна располагаться опухоль, чтобы для успешного излечения понадобились именно протоны?

Я буду все время повторять, что наша фокус-группа – именно дети. И если есть любая необходимость в дистанционной лучевой терапии, то это должны быть протоны. Почему? Потому что они вне всяких сомнений лучше – дети поправляются и живут плюс/минус 70 лет нормальной жизнью. Мы не имеем права допускать, чтобы у них были вторичные раки или инвалидизация, если мы можем не инвалидизировать. Это опухоли центральной и периферической нервной системы, саркомы, то есть практически все солидные опухоли, которые встречаются среди детей.

Ну и для взрослых это опухоли головного мозга, опухоли которые лежат рядом с критически важными тканями, органами, структурами. Например, мы можем пролечить сорокалетнего пациента на фотонах и мы его спасем, но он ослепнет. И если мы можем спасти ему зрение на протонах, даже если разница в миллион рублей, то стоит ли экономить деньги?

Бывают опухоли радиочувствительные, которые не поддаются ничему другому, кроме как лечению на протонах, где мы можем регулировать дозу. Например, у нас сейчас в первой большой группе есть женщина с саркомой крестца. Она уже перенесла пять операций, но опухоль все растет, и у нее нет никаких шансов от нее избавиться, кроме как с помощью протонов. Она уже инвалидизирована, и если ее не лечить правильно, то патология будет прогрессировать. При этом она еще может прожить достаточно долго, и протоны дают на это высокие шансы.

Читать еще:  Какие лекарства необходимо принимать при раке легких

Мы сейчас ведем еще двух сложных пациента с опухолью кавернозного синуса. Также показанием может стать рак гортани, языка, носоглотки, пищевода. В настоящее время границы все расширяются, потому что появляется действительно много доказательств преимущества этого метода дистанционного лучевого лечения.

Иногда может быть так, что гражданин сам за свои деньги хочет лечиться протонами, даже если есть всего несколько процентов преимущества. Может быть, эти шансы для него важны, и почему в таком случае мы должны ему отказывать? Но государство, например, за это платить уже не должно. Так сейчас происходит в Америке, где уменьшается количество показаний для лечения за государственный счет, потому что они не хотят платить, если разница в 10 процентов, но готовы предоставить деньги, если она, скажем, достигает 30-40-50 процентов. Это логично. Даже американский бюджет не выдерживает.

А что скажете насчет глиобластом?

Глиобластомы – это отдельная история, такой очень тяжелый пласт. Понимаю, почему все спрашивают: здесь Дмитрий Хворостовский, Жанна Фриске, Михаил Задорнов. Это неуклонное прогрессирование и смерть, и это те опухоли, которые, к сожалению, на сегодняшний момент человечество лечить еще не умеет. Протонная терапия здесь, несомненно, один из методов, который, уже доказано, что улучшает качество жизни и лечения, особенно для глиобластом не самого высокого грейда. Например, для третьего грейда результаты могут быть очень хорошие, а в случае второго грейда мы можем и вовсе получить излечение.

Глиобластома. Credit: radiopaedia.org

Что вы можете сказать по поводу центра в Димитровграде? Он, насколько я знаю, пока не открылся и, видимо, откроется еще не скоро…

Возможности протонной терапии. Клинические аспекты

*Импакт фактор за 2018 г. по данным РИНЦ

Журнал входит в Перечень рецензируемых научных изданий ВАК.

Читайте в новом номере

В данной статье представлены возможности протонной терапии как нового способа лечения злокачественных опухолей, который может обладать определенными преимуществами перед стандартной фотонной лучевой терапией. Это связано с возможностью создания максимальной дозы излучения в зоне мишени без превышения толерантных доз для нормальных тканей, даже если мишень вплотную прилежит к критическим структурам организма. Более высокая доза соответственно повышает вероятность гибели раковых клеток.
В настоящее время идет активное накопление опыта клинического применения протонной терапии. Представленные в данной статье исследования свидетельствуют о потенциальном преимуществе протонной терапии при лечении опухолей ЦНС, хордом и хондросарком основания черепа и скелета, опухолей головы и шеи, злокачественных опухолей у детей. Активно изучается роль протонов при раке прямой кишки, желудка, предстательной железы, поджелудочной железы. Полученные результаты должны помочь определить группы пациентов, для которых протонная терапия будет иметь решающее значение в улучшении контроля над заболеванием, повышении общей выживаемости и сохранении качества жизни.

Ключевые слова: протонная терапия, хордома, хондросаркома, злокачественные опухоли у детей, радиоиндуцированные опухоли.

Для цитирования: Воробьев Н.А., Михайлов А.В., Смирнова Е.В., Гуцало Ю.В., Мартынова Н.И. Возможности протонной терапии. Клинические аспекты // РМЖ. 2017. №16. С. 1175-1180

Possibilities of proton therapy. Clinical aspects
Vorobiev N.A. 1 – 3 , Mikhailov A.V. 1 , Smirnova E.V. 1 , 3 , Gutsalo Yu.V. 1 , Martynova N.I. 1

1 Medical and Diagnostic Center of International Institute of Biological Systems named after Berezin Sergei, St. Petersburg
2 Saint Petersburg State University
3 North Western State Medical University named after I.I. Mechnikov, St. Petersburg

The article presents the possibilities of proton therapy as a new method of treating malignant tumors, which has certain advantages over standard photon radiation therapy. This is due to the possibility of creating the maximum dose of radiation in the target area without exceeding the tolerated dosages for normal tissues, even if the target is close to the critical structures of the body. A higher dose leads, respectively, to a greater probability of death of cancer cells.
Currently, there is an active accumulation of experience in the clinical use of proton therapy. The presented studies show the potential advantage of proton therapy in the treatment of CNS tumors, chord and chondrosarcoma of the skull and skeleton base, head and neck tumors, malignant tumors in children. The role of protons in cancer of the rectum, stomach, prostate, pancreas is actively studied. The results obtained should help to identify groups of patients for whom proton therapy will be crucial in improving disease control, overall survival and maintaining quality of life.

Key words: proton therapy, chordoma, chondrosarcoma, malignant tumors in children, radioinduced tumors.
For citation: Vorobiev N.A., Mikhailov A.V., Smirnova E.V. et al. Possibilities of proton therapy. Clinical aspects // RMJ. 2017. № 16. P. 1175–1180.

Статья посвящена возможностям и клиническим аспектам протонной терапии

Опухоли центральной нервной системы

Хордома, хондросаркома

Только для зарегистрированных пользователей

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector