Нобелевский прорыв в лечении рака: что он изменит для миллионов

Нобелевский прорыв в лечении рака: что он изменит для миллионов

Джеймс Эллисон и Тасуку Хондзё, Нобелевские лауреаты по медицине этого года, совершили научный прорыв в методах борьбы с раком. Что их открытие значит для медицинского сообщества и как оно повлияет на лечение онкозаболеваний в будущем – разобрался OBOZREVATEL.

“Ускорили” иммунитет

Фактически ученым удалось “ускорить” реакцию иммунной системы на раковые клетки. В отличие от химиотерапии, иммунотерапия сама по себе не убивает опухоли и клетки, она “заставляет” справляться с ними клетки иммунитета пациента.

Джейсм Эллисон и Тасуку Хондзё – оба иммунологи. За долгие годы работы в этой теме ученым удалось научиться подавлять негативную работу иммунной системы. Они определили наличие протеинов, которые действуют, как “ускорители” и “тормоза” Т-лимфоцитов. Именно Т-клетки распознают и уничтожают клетки с чужеродными антигенами.

Джеймс Эллисон на протяжении нескольких лет исследовал белок CTLA-4, который задействован в иммунологических процессах и, как выявил ученый, тормозит иммунный ответ. Т-лимфоциты, играющие важную роль в приобретенном иммунном ответе, распознавая и уничтожая клетки с чужеродными антигенами, также имеют белок “ускоритель” (акселератор), но связываясь с белком CTLA-4, они тормозят или замедляют иммунную реакцию.

Хондзё писал труды о молекулярной идентификации цитокинов – группе гормоноподобных белков и пептидов, которые синтезируются клетками иммунной системы, а также белке PD-1, который предотвращает активацию Т-лимфоцитов. Он заметил, что PD-1, как и CTLA-4, “тормозит” (ингибирует) иммунный ответ, правда механизм действия имеет другой.

Поразительные результаты

Клинические испытания показали поразительные результаты. Блокировка белка PD-1 помогала справиться с тяжелыми формами рака легких, почек, лимфомы и меланомы. Что касается белка CTLA-4, то его блокировка вместе с PD-1, показала еще большую эффективность на пациентах с меланомой.

Правда, этот прорыв имел и последствия – иммунная система становилась очень активной и начинала атаковать сама себя, то есть у больных проявлялись аутоиммунные реакции организма. Но ученым удалось относительно легко справиться с последствиями.

Онкохируг и онколог Евгений Пробончук объяснил, что значит открытие ученых для пациентов и медицинского сообщества в целом:

Иммунология – самый перспективный метод лечения злокачественных заболеваний на данный момент. Благодаря достижениям лауреатов Нобелевской премии, лечение онкологических пациентов получило новые опции, среди которых: персонифицированная терапия рака, возможность помочь клиентам с агрессивными формами рака (меланома, рак легких), когда другие методы лечения не действуют. Иммунология – это серьезный шаг, который позволит помочь ряду онкологических больных”.

Сейчас онкозаболевания являются второй причиной смертности во всем мире. По данным ВОЗ, в 2015 году от рака умерло 8,8 миллионов человек. Из них почти 1,7 миллиона скончалось от агрессивного рака легких.

Смотрите видео по теме

В августе этого года Американская ассоциация исследований публиковала исследование, где прогнозировала 43%-ный рост смертности от рака легких у женщин к 2030 году. По данным исследования, эти показатели должны превысить смертность от рака молочной железы.

Что касается еще одного агрессивного онкологического заболевания – меланомы, то по данным ВОЗ, она ежегодно диагностируется у более чем 130 тысяч пациентов. При этом на последней стадии заболевания вероятность того, что человек проживет еще 10 лет, сводится к 10-15%.

Нобель за переворот в борьбе с раком: как лауреаты премии по медицине создали рынок лекарств на $15 млрд

Лауреатами Нобелевской премии по физиологии и медицине в 2018 году стали американец Д жеймс Эллисон и японец Тасуку Хондзё. Премию им присудили за открытия в области терапии рака. Изучая возможности иммунитета в борьбе с этим заболеванием, ученые смогли не только изменить подход к лечению рака, но и создали предпоссылки для появления многомиллиардного рынка новых препаратов.

BREAKING NEWS
The 2018 #NobelPrize in Physiology or Medicine has been awarded jointly to James P. Allison and Tasuku Honjo “for their discovery of cancer therapy by inhibition of negative immune regulation.” pic.twitter.com/gk69W1ZLNI

Прорыв в лечении рака

Ученые разработали принципиально новый подход к лечению рака, который известен как «чекпойнт»-терапия. «Чекпойнты» (от английского checkpoint) — это так называемые контрольные точки на поверхности иммунных клеток, они препятствуют уничтожению опухолевых клеток имунными. Такими чекпоинтами являются в частности белки PD-1 и CTLA4. Воздействуя на них, ученые смогли добиться уничтожения опухолевых клеток иммунными. Подробнее чекпойнт-терапии можно почитать здесь.

Читать еще:  Лечение рака поджелудочной мухомором

Японский иммунолог Тасуку Хондзё из университета Киото открыл возможности рецептора PD-1 (Programmed Cell Death Protein-1) на поверхности лимфоцитов. Его американский коллега Джеймс Эллисон из Андерсоновского ракового центра университета Техаса показал то же самое на белке CTLA-4 поверхности Т-лимфоцитов.

Исследования этих двух иммунологов привели к появлению нового класса противораковых препаратов на базе антител. Первый такой препарат, ипилимумаб — антитело, блокирующее CTLA-4, — был одобрен в 2011 году для лечения меланомы (одна из разновидностей рака кожи). Антитело против PD-1, ниволумаб, было одобрено в 2014 году для лечения меланомы, рака легких и почек, а также некоторых других типов рака.

  • Деталь. У Джеймса Эллисона были и личные причины изучать рак. Его мать умерла от лимфомы, когда ему было 11 лет. Он также потерял двоих дядей, брата и нескольких друзей из-за этой болезни. Эллисон и сам поборол рак предстательной железы и меланому. Льюис Ланье из Калифорнийского университета в Сан-Франциско (UCSF), который знаком с Эллисоном уже 30 лет, говорит, что новые препараты от рака стали доступны пациентам в том числе и благодаря упорству новоиспеченного нобелевского лауреата: «Он провел 10 лет, стуча в двери многих фармацевтических и биотехнологических компаний, уверяя, что его идея сработает».
  • Рынок объемом в $50 млрд

    Как пишет Reuters, открытие, за которое в этом году дали Нобелевскую премию по медицине, привело к появлению многомиллиардного рынка новых лекарств против рака. В частности большой коммерческий потенциал продемонстрировали препараты, нацеленные на отключение PD-1. Несмотря на то, что эти лекарства одобрили к применению только в 2014 году, американские фармацевтические гиганты Merck и Bristol-Myers Squibb уже стали лидерами по их производству. С ними пытаются конкурировать Roche, AstraZeneca, Pfizer и Sanofi.

    Ожидается, что продажи таких лекарств достигнут в этом году примерно $15 млрд, свидетельствует консенсус-прогноз аналитиков Thomson Reuters. Другие опрошенные Reuters эксперты прогнозируют доходы в размере $50 млрд.

    • Доступны ли эти препараты в России?Онколог Михаил Ласков в своем комментарии для издания «Медуза» говорит, что многие из препаратов, созданных благодаря сегодняшним нобелевским лауреатам, зарегистрированы в России. Среди них: пембролизумаб («Китруда»), ниволумаб («Опдиво»), ипилимумаб («Ервой») и атезолизумаб («Тецентрик»). «К сожалению, нельзя сказать, что такие лекарства всем доступны. По одному тарифу в государственной больнице на него могут выделять 180 тысяч рублей, притом что в реальной жизни препарат будет стоить под 300. То есть лекарство просто не назначат, потому что не на что покупать», — говорит Ласков.

    «До открытий, сделанных лауреатами Нобелевской премии 2018 года, прогресс в клинических исследованиях оставался скромным», – говорится в заявлении Шведской академии. Метод лечения, который они разработали, «кардинально изменил само понятие борьбы с раком», уверены в Нобелевском комитете. И это открытие внушает надежду. Хондзё уверен, что к концу этого столетия будет найдено лекарство от рака даже для тех пациентов, которым не помогают нынешние методы лечения.

    Победить рак получится! За что присудили Нобелевскую премию по медицине в 2018 году.

    Каждый год, 10 декабря, в Стокгольме вручают одну из самых престижных премий в области научных достижений — Нобелевскую. В понедельник, 1 октября, стали известны имена первых нобелевских лауреатов 2018 года. 70-летний профессор Техасского университета Джеймс Эллисон и его 76-летний коллега Тасуку Хондзё из Киотского университета удостоились наивысшей награды за знаменательный вклад в терапию онкологических заболеваний.

    «Так Просто!» расскажет тебе последние новости онкологии и объяснит, что за принципиально новый подход к лечению рака предложили ученые и как он изменит современную медицину.

    Нобелевская премия по медицине

    Понятие «рак» — это не одна болезнь, их уйма, и все они характеризуются неконтролируемым ростом аномальных клеток, способных поглощать совершенно здоровые органы и ткани человеческого организма. Рак ежечасно отбирает жизни у сотен людей, а для современного здравоохранения эта болезнь — самая большая проблема и один из самых серьезных вызовов.

    Читать еще:  Лечение рака матки при беременности

    Нобелевские лауреаты выдвинули исключительно инновационный подход к терапии рака: Джеймс Эллисон и Тасуку Хондзё показали, как «снять иммунную систему с тормоза» и использовать собственные силы организма для борьбы со страшным недугом.

    «Лауреаты этого года показали, как разные стратегии сдерживания иммунной системы могут быть использованы в лечении рака. Их совместное открытие — знаменательная веха в борьбе против рака», — заявила Шведская королевская академия наук.

    «Иммунная терапия не обладает самостоятельным противоопухолевым эффектом — она заставляет иммунные клетки убивать опухоль. Правда, снятие с тормоза в ряде случаев приводит к тому, что иммунитет атакует свои собственные клетки.

    Это в чём-то похоже на аутоиммунные болезни, и проблема немаленькая. Частые побочные эффекты — усталость, кашель, тошнота, сыпь, зуд, потеря аппетита, диарея, воспаление кишечника и легких», — объясняет онколог Михаил Ласков.

    Отечественный онколог не сомневается, что подобная терапия будет настоящим прорывом: «Есть заболевания, которые трудно лечить. Это меланома, рак легких, рак поджелудочной железы, рак желудка и так далее. Иммунотерапия позволила значительно улучшить результаты по некоторым из этих заболеваний, а именно меланоме и раку легких. Некоторые онкологические пациенты, по результатам исследования, могут жить несколько лет без признаков заболевания».

    И если раньше такая терапия использовалась в основном для метастатического рака в почти безнадежных случаях, то сейчас подобные препараты назначают в качестве послеоперационной терапии, например, при меланоме.

    Эллисон и Хондзё вдохновили исследователей в разных уголках мира объединять различные стратегии активизации иммунной системы, чтобы как можно эффективнее противостоять раковым клеткам. В настоящее время проводится множество тестов и клинических опытов в области иммунотерапии рака и в качестве цели тестируются новые контрольные белки, обнаруженные нобелевскими лауреатами.

    Многие препараты для иммунотерапии рака есть в России, но все они очень дорогие и доступны единицам. «Это, например, пембролизумаб (“Китруда”), ниволумаб (“Опдиво”), ипилимумаб (“Ервой”) и атезолизумаб (“Тецентрик”) . К сожалению, нельзя сказать, что такие лекарства всем доступны.

    По одному тарифу в государственной больнице на него могут выделять 180 тысяч рублей, хотя в реальной жизни препарат будет стоить 300 и больше. То есть лекарство просто не назначат, потому что не на что покупать», — объясняет Михаил Ласков.

    В попытках победить смертельный недуг, ученые пытались вовлечь иммунную систему в борьбу с раком на протяжение 100 лет, но все попытки были тщетны. До открытий, сделанных Джеймсом Эллисоном и Тасуку Хондзё, клинический прогресс в этой области был весьма скромным.

    В настоящее время иммунотерапия стала революционным прорывом в онкологии и коренным образом изменила представление медиков о том, как можно справляться с разными видами рака. Открытие, сделанный нобелевскими лауреатами, подарило почти стопроцентную уверенность в эффективности новой методики лечения.

    Есть ли будущее у инновационной терапии рака? Верим и уповаем, а тебе, дорогой читатель, желаем крепкого здоровья! Не забудь поделиться вдохновляющей новостью с друзьями в соцсетях.

    Нобелевскую премию по медицине присудили за иммунотерапию рака

    Лауреатами Нобелевской премии по физиологии и медицине в 2018 году стали Джеймс Эллисон и Тасуку Хондзё за разработки в области терапии рака путем активации иммунного ответа. Прямая трансляция объявления победителя ведется на сайте Нобелевского комитета. Подробнее о заслугах ученых можно узнать в пресс-релизе Нобелевского комитета.

    Ученые разработали принципиально новый подход к терапии рака, отличный от существовавших ранее радиотерапии и химиотерапии, который известен как «ингибирование чекпойнтов» клеток иммунитета (немного об этом механизме можно прочитать в нашем блоге, посвященном иммунотерапии). Их исследования посвящены тому, как устранить подавление активности клеток иммунной системы со стороны раковых клеток. Японский иммунолог Тасуку Хондзё (Tasuku Honjo) из университета Киото открыл рецептор PD-1 (Programmed Cell Death Protein-1) на поверхности лимфоцитов, активация которого приводит к подавлению их активности. Его американский коллега Джеймс Эллисон (James Allison) из Андерсоновского ракового центра университета Техаса впервые показал,что антитело, блокирующее ингибиторный комплекс CTLA-4 на поверхности Т-лимфоцитов, введенное в организм животных с опухолью, приводит к активации противоопухолевого ответа и уменьшению опухоли.

    Читать еще:  Лечение рака легкого интерферонами

    Исследования этих двух иммунологов привели к появлению нового класса противораковых препаратов на базе антител, связывающихся с белками на поверхности лимфоцитов, либо раковых клеток. Первый такой препарат, ипилимумаб — антитело, блокирующее CTLA-4, был одобрен в 2011 году для лечения меланомы. Антитело против PD-1, Ниволумаб, было одобрено в 2014 году против меланомы, рака легкого, почки и некоторых других типов рака.

    «Раковые клетки, с одной стороны, отличаются от наших собственных, с другой стороны, являются ими. Клетки нашей иммунной системы эту раковую клетку узнают, но не убивают, — пояснил N+1 профессор Сколковского института наук и технологий и университета Ратгерса Константин Северинов. — Авторы в числе прочего открыли белок PD-1: если убрать этот белок, то иммунные клетки начинают узнавать раковые клетки и могут их убить. На этом основана терапия рака, которая сейчас широко используется даже в России. Такие препараты, ингибирующие PD-1, стали существенным компонентом современного арсенала борьбы с раком. Он очень важный, без него было бы гораздо хуже. Эти люди действительно подарили нам новый способ контроля над раком — люди живут, потому что есть вот такие терапии».

    Онколог Михаил Масчан, заместитель директора Центра детской гематологии, онкологии и иммунологии имени Димы Рогачева, говорит, что иммуннотерапия стала революцией в области лечения рака.

    «В клинической онкологии это одно из крупнейших событий в истории. Мы сейчас только начинаем пожинать плоды, которые принесла разработка этого типа терапии, но то, что она перевернула ситуацию в онкологии, стало ясно еще около десяти лет назад — когда появились первые клинические результаты применения лекарств, созданных на основе этих идей», — сказал Масчан в беседе с N+1.

    По его словам, с помощью комбинации чекпойнт-ингибиторов долгосрочная выживаемость, то есть фактически выздоровление, может быть достигнута у 30-40 процентов пациентов с некоторыми видами опухолей, в частности, меланомой и раком легкого. Он отметил, что в ближайшем будущем появятся новые разработки, основанные на этом подходе.

    «Это самое начало пути, но уже есть много видов опухолей — и рак легкого и меланома, и ряд других, при которых терапия показала эффективность, но еще больше — при которых она только исследуется, исследуются ее комбинации с обычными видами терапии. Это самое начало, и очень многообещающее начало. Число людей, которые выжили благодаря этой терапии, уже сейчас измеряется десятками тысяч», — сказал Масчан.

    Каждый год в преддверие объявления лауреатов аналитики пытаются угадать, кому будет вручена премия. В этом году агентство Clarivate Analytics, которое традиционно делает прогнозы на основании цитируемости научных работ, включило в «Нобелевский список» Наполеоне Феррара, который открыл ключевой фактор формирования кровеносных сосудов, Минору Канехиса, который создал базу данных KEGG, и Саломона Снайдера, который занимался рецепторами для ключевых регуляторных молекул в нервной системе. Интересно, что Джеймса Эллисона агентство указало в качестве возможного лауреата Нобелевской премии в 2016 году, то есть в его отношении прогноз сбылся довольно скоро. Кого агентство прочит в лауреаты по остальным нобелевским дисциплинам — физике, химии и экономике, можно узнать из нашего блога «Гадаем по цитатам». По литературе в этом году премию вручать не будут.

    Журналисты также предсказывали, что Нобелевский комитет отметит ученых, открывших важную роль кишечного микробиома в физиологии млекопитающих, вирусную природу рака. Самая престижная после Нобелевской премия по медицине — Ласкеровская премия, лауреаты которой нередко бывают впоследствии удостоены Нобеля — в этом году досталась Дэвиду Эллису и Майклу Грунстайну за работы в области изучения модификации гистонов (белков, связанных с ДНК), а также Джону Глену за разработку пропофола, который по сей день остается самым популярным средством для общего наркоза.

    В прошлом году лауреатами Нобелевской премии по медицине и физиологии стали трое американских ученых — Джеффри Холл, Майкл Росбаш, Майкл Янг, которые были удостоены премии за открытие молекулярных механизмов, лежащих в основе работы биологических часов. Подробнее об этом можно прочитать в нашем материале «Ход часов лишь однозвучный».

    Ссылка на основную публикацию
    Adblock
    detector