Рак груди – как психологически побороть страшный диагноз

Рак груди – как психологически побороть страшный диагноз

Помощь психолога может понадобиться сразу же, как только человек узнал о своем диагнозе. Женщина, которой сказали, что у нее рак молочной железы, переживает целую бурю сильнейших эмоций: «Этого не может быть!», «Это приговор! Сколько я еще проживу?», «Почему врачи не нашли это раньше?!», «Почему именно я?», «Как жить дальше?»… Надо ли продолжать все эти вопросы, которые мучают и днем, и ночью, оставаясь без ответа? Шок, отрицание, страх, паника, тревога, гнев на врачей и злодейку-судьбу, агрессия, апатия – о том, что творится в душе больного человека, здоровый может только догадываться. Это совсем не прибавляет оптимизма, а, наоборот, отнимает жизненные силы и энергию, которые так нужны для борьбы с болезнью.

Психолог – как спасительный мостик

Психологический настрой пациентки очень важен, и чем он лучше, позитивнее, тем эффективнее работает иммунная система, тем активнее организм борется с болезнью. Но, во-первых, далеко не всякая женщина способна оставаться оптимисткой в подобной жизненной ситуации, а, во-вторых, далеко не всегда родственники и друзья способны поддержать ее. Не потому, что они этого не хотят, они очень хотят помочь и спасти, просто они – тоже люди, и они также, как и сама женщина, могут испытывать противоречивые чувства – от жалости, ощущения беспомощности и чувства вины до бессильной злости и обиды на несправедливость судьбы и врачей. После осознания всей тяжести ситуации мало у кого хватает физических и душевных сил принять вызов судьбы и бороться, а не уйти в депрессию, опустив руки и оплакивая судьбу. По статистике, наиболее рациональная психологическая реакция («Да, это со мной случилось, но не все потеряно. Нужно бороться. Даже если мне суждено прожить хотя бы полгода, я проживу это время осмысленно, с пользой для себя и моих детей, моих близких»), к сожалению, бывает не часто.

Поэтому нужен профессионал, который поможет справиться с тревогой и неопределенностью, поселившимися в душе, найдет ключ к сердцу пациентки и скажет правильные слова, которые встряхнут, дадут надежду и заставят действовать – бороться за жизнь. Узнав о диагнозе, не стоит терять драгоценное время на пустые вопросы, жалобы и стенания, надо отбросить ложный стыд и стеснение, параллельно с основным лечением, смело обращаться за помощью к психологу, психотерапевту или психиатру.

Мнение эксперта:

Ирина Морковкина, кандидат медицинских наук, врач-психиатр, член попечительского Совета ФГБУ «Московский научно-исследовательский онкологический институт им. П.А. Герцена» МЗ РФ, координатор социальных проектов «Движения против рака»:

«Главный совет, который хочу дать всем женщинам с диагнозом рак молочной железы, – во всем слушать врача-онколога и четко следовать его рекомендациям. Никаких нетрадиционных методов лечения, интернета, советов подруг и родственников. К сожалению, очень многие женщины испытывают тревогу, страх, разные душевные состояния и не всегда доходят до врача. И обязательно обращаться к психологу, ничего постыдного в этом нет. Во всем мире принята практика, что в период лечения и реабилитации онкобольные наблюдаются у психолога или психотерапевта».

Психологическое раздвоение

В последние десятилетия медицина существенно продвинулась в лечении онкозаболеваний вообще и рака молочной железы в частности. И благодаря применению органосохраняющих методов лечения и реконструкции груди, женщины не чувствуют себя какими-то неполноценными. Но, к сожалению, осознание диагноза и само лечение рака груди сопровождается страданиями – физическими и душевными.

Специалисты говорят, что женщина проходит через «сверхсильный» психологический стресс, переживает «двойную психическую травму». С одной стороны, она осознает, что у нее рак и для своего спасения ей необходимо перенести операцию по удалению молочной железы (мастэктомию), после следует тяжелое лечение. А с другой – трудно смириться с тем, что операция изменит тело, лишив некой сексуальной привлекательности. После больницы, уже дома, слабую женщину настигает второй психологический шок. Перенесенная мастэктомия выбивает подавляющее большинство женщин из привычной для них общественной и социальной среды. Такая кризисная ситуация меняет психику, жизненную позицию, взгляды на все и на всех, отношение к близким, их словам и поступкам.

Никаких драм и сдерживания эмоций

В этот сложный период формируется дальнейший образ жизни женщины в семье и обществе, поэтому основная задача врачей, психологов, родственников, друзей, коллег – помочь ей справиться со всеми навалившимися трудностями. По мнению онкологов, микроклимат в семье во многом зависит от самой женщины и ее отношения к болезни: чем меньше она будет драматизировать ситуацию (хотя этого будет очень хотеться – давить на жалость и пенять на судьбу), тем больше у нее шансов получить поддержку семьи. Но не стоит впадать в другую крайность и хранить молчание (как самой женщине, так и членам семьи): обсуждение проблем вслух обычно помогает снять стресс и снизить напряжение. Как до операции, так и после всем важно сохранять положительный настрой (это один из важнейших факторов в борьбе с раком), но в то же время, не уклоняться сознательно от негативных (страха, грусти, гнева), чтобы близкие люди не боялись обсуждать свои ощущения и переживания. Искусственное сдерживание естественных эмоций лишь увеличит стресс для больной женщины и создаст лишние проблемы. Как известно, хронический стресс подавляет функции иммунной системы даже у здорового человека, что уж говорить о больном…

Жизнь после мастэктомии

Первое, что необходимо будет сделать (как бы тяжело это не было физически и морально) после операции – проанализировать свою жизнь до болезни, постараться выявить факторы, которые могли способствовать развитию рака груди и устранить их, по возможности. Среди факторов риска есть те, повлиять на которые вполне в наших силах – курение, аборты, ожирение, стрессы, переутомление, недосыпы и хроническая усталость. После этого каждый день, медленно, но неуклонно, возвращаться к нормальной жизни и сделать следующее:

• изменить режим дня;
• изменить режим питания, сбросить лишний вес;
• научиться снимать физические и психоэмоциональные перегрузки;
• обязательно следить за своим внешним видом;
• заниматься любимым делом;
• найти «подруг по несчастью», записаться в группу психологической поддержки, заняться просветительской общественной деятельностью – помощью онкологическим больным и их семьям.

Последнее может вернуть к активной жизни быстрее, чем кажется. Исследования, проведенные в США, Европе и России, показали, что пациенты с онкозаболеваниями, которые после выписки из клиники начинают посещать группы поддержки, проходят курс психотерапии с беседами и визуальными упражнениями или психологических консультаций, способны существенно улучшить качество жизни при болезни и меньше подвержены ее рецидивам, а значит, дольше живут.

Чем помочь больному раком?

Близкий родственник или друг заболел раком. Первая мысль: чем я могу помочь? Родственники и друзья больного находятся в затруднении, как и о чём разговаривать с онкологическим больным.

Что-то нужно делать. Что-то ведь ему точно необходимо! Он выглядит подавленным… Но как предложить свою помощь, а главное — какую? Чем помочь больному раком? Об этом с нами согласилась побеседовать Галина Валентиновна С., перенёсшая мастэктомию. Сегодня мы сможем взглянуть на непростую ситуацию глазами самого главного героя — человека с диагнозом рак.

Читать еще:  Народные средства от рака — лечение в домашних условиях

— От кого, прежде всего, Вы ждали помощи и моральной поддержки? От близких? Или же хотелось, чтобы друзья и коллеги тоже поддержали?

— Коллегам я ничего не говорила. А зачем? Во-первых, я сама до последнего не понимала, что со мной происходит. Какие-то собирала анализы, что-то делала. Мне ведь конкретно ничего не говорили сначала. А потом когда уже сказали «в лоб», что это рак, то на работе я сообщила, когда мне уже назначили день операции. Наверное, всё-таки от коллег ничего и не хотелось.

Больше всего внимания хотелось от мужа, что я и получила — поддержку и участие.

Когда мне точно сказали, что у меня рак, я пошла готовиться к смерти. Я пошла к Господу. Пособоровалась, исповедалась, причастилась. Я почему-то думала, что не проснусь, из наркоза не выйду. После наркоза отошла замечательно. Через час уже встала и пошла. Про меня сказали: «Вот такие как раз и выживают».

Так что, когда операция прошла быстро и хорошо, казалось, как будто ничего и не было. Операция и операция, мало ли какие операции у людей бывают. У меня как-то легко это всё прошло. У нас в отделении не было тяжёлых случаев, они были от нас скрыты, все были ходячие. Но вот когда ходила на перевязки, было ощущение, что это не со мной происходит.

Какой-то особенной помощи, поддержки, наверное, было и не надо. Детки мои обо мне заботились, приезжали, хоть и не часто. Но было осознание того, что мои дети со мной, вот это было очень важно.

Часто и не надо было посещать, сноха одна беременная была, другая только родила. А того отделения, где я лежала, все брезговали всегда. И брезгуют до сих пор. Все почему-то боятся, что если из тарелки больного раком поедят, то обязательно то же самое получат. Там каждый со своей посудой. Не дай Бог дотронуться до чего-то! Это ведь очень заразно! В голове! (смеётся)

У меня было так. А вот, например, моей сестре сказали, что ей надо ехать в онкологию анализ сдавать — так она в обморок упала. Вот ей, наверное, другая помощь понадобилась бы. А я человек такой по жизни, что не люблю никого напрягать. У нас в отделении была медсестра, настоящий «живчик». Она нас очень поддерживала, стимулировала: «Ты чего тут разлеглась, ну-ка пошла, пошла!» Вообще, это такая медсестра, что с ней многие врачи советовались. Она всех помнит, каждого, кто в этом отделении был. Вот такие люди должны работать в онкодиспансерах.

— Кому-то, наоборот, хочется мягкости…

— Ну да, это как массаж — кому-то надо жёстко, чтобы кожа болела, а кому-то только поглаживания.

— Больной раком может сам не понимать, чем ему помогать. Правда? Он тебе скажет: «Да ничего мне не надо, отстань».

— Да, это точно! Сложно самому понять, что тебе надо.

— А если предлагать конкретную помощь, а не спрашивать, что нужно? Например, «слушай, тебе надо отвлечься, а то ты полностью уходишь в болезнь, я хочу организовать тебе поход в кино/театр»…

— Классно! Мне бы очень понравилось. Когда мне муж организовал поездку в Израиль, вы даже не представляете, это полностью отвлекло от мыслей, от хождения по кабинетам. Ведь больше всего убивает ходить по кабинетам и выписывать таблетки. Мне после операции была назначена гормональная терапия. Таблетки нельзя было пропускать вообще. Надо было записаться к врачу, прийти, потом нас назначали на комиссию, потом с рецептом в аптеку, а там неделю ждать. А ведь нельзя пропускать ни дня! Кроме этого, выписывают как — сегодня лекарства кончились и только сегодня можно выписывать. Если у тебя таблетка есть на завтра, тебе ничего не выпишут.

И вот отвлечься от всего этого было просто здорово! Когда супруг организовывал поездку, он делал всё сам: везде всё узнал, делал документы, всё для меня делал…

— Нужно ли «просто поговорить»? И о чём, о болезни или о чём-то, что могло бы отвлечь от этого?

— Понимаете, в этот момент надо выговориться. Как ты к этому пришёл, как всё у тебя сложилось, предысторию. Нужно, чтобы кто-то выслушал. В этом смысле хорошо было пообщаться с женщинами в стационаре. Есть, конечно, оборотная сторона медали, когда приходят результаты анализа — гистология, — может появиться зависть. Если раковая опухоль первой степени, тебе не надо делать химию и прочее. А у соседок вторая, третья… Я чувствовала зависть, не на себе, правда. Одна женщина говорила другой: «Почему тебе вот так, а не мне?!» Это грустно.

Но кому-то надо всё равно рассказать, чтобы кто-то терпеливо тебя послушал. Очень хорошо, если в стационаре появился друг по несчастью. Мы сдружились с одной женщиной, делились лекарствами, созванивались. Сейчас она умирает от рака лёгких, от неё отказались врачи, и мне это очень тяжело…

А посещений в больнице очень хотелось, что тут говорить…

— Информационная поддержка: «Я могу посидеть в интернете, поискать статьи, исследования, как реабилитироваться после операции».

— Да, это важно. Никто ничего не знает, не рассказывает. Я поехала в магазины книги покупать, штудировать, чтобы знать об этой болезни что-то. Информация была бы очень полезна. Медсестра из перевязочной, про которую я говорила, дала всем нам гимнастику после операции, чтобы руки развивать. А то ведь если не будешь руки развивать, то всё. Мы этот листочек ценный отксерокопировали и занимались.

— Было ли такое чувство, что хотелось закрыться ото всех?

— Нет, мне не хотелось.

— Следующий вид поддержки: довезти до больницы на личном автомобиле или вызвать такси и оплатить. Или на общественном транспорте, но помочь донести сумки до места госпитализации.

— Я не знала такой проблемы, потому что муж всё взял в свои руки. Он бросал все свои дела и вёз меня, куда надо. В этом деле он здорово мне помог. Ехать не близко, а после выписки надо было каждую неделю ездить к 6 утра, занимать очереди. Многие ездили на такси, а ведь это тоже денег стоит. Поэтому, да, такая помощь — это тоже очень хорошо.

— Помощь полезными фруктами…

— Я бы обрадовалась! Конечно, а что? Обязательно при посещении что-нибудь несут. Это приятно, чувствуется забота.

— Если бы предложили материальную помощь?

— Конечно, было бы хорошо. Например, на тот же протез. Как же они сейчас дорого стоят! Комплект бельё+протез раньше стоил 6 тысяч рублей. Потом стал 7, а теперь 13 тысяч! Вот теперь мне бы очень это надо было бы, ведь живу на одну пенсию. Один раз мне хватило протеза на 2 года, другой на 3, последний на 4, но он уже весь кусками отваливался. В этом плане хорошо тем, кому дали инвалидность, им раз в два года это выдают. Мне приходится покупать самой. Меня сейчас больше всего этот момент волнует.

Читать еще:  Лечение 1 стадии рака шейки матки

— Как относитесь к помощи лекарствами?

— Когда мне сватья предложила помощь моими лекарствами, я так успокоилась! Ведь нельзя пропускать, как я уже говорила. Она покупала сама пару раз эти лекарства, чтобы у меня был запас, пока я выпишу бесплатные. Иначе у меня был бы пропуск. Я поняла, что мне есть, на кого рассчитывать.

— Если бы кто-то сказал: «Я молюсь за тебя, заказываю записки». Как бы это воспринялось?

— Я была тогда невоцерковлённый человек совершенно. Тогда мне это было непонятно, меня бы это не тронуло. Я же первые шаги свои в сторону храма стала делать только в больнице. Сейчас бы, конечно, это было ценно, защемило бы. Рядом с больницей был храм, и я после операции стала бегать на службы. Сделала себе протез из семени льна и ходила с ним, чтобы не пугать людей. Девчонки из отделения вместе со мной тоже стали ходить. И там я начала потихоньку воцерковляться. Мне понравилось, стало интересно, что это значит, для чего это надо… Поняла (ну, по крайней мере, мне так кажется), что меня к болезни привели мои обиды на весь мир. Осознала, что надо менять себя, менять жизнь. И стала постепенно приходить к Богу.

Диагноз “рак”: как принять и поддержать

Онкозаболевания – чума ХХІ века. Этого диагноза боится каждый, и большинство пациентов воспринимают его как приговор. Но психологический настрой больного существенно влияет на успешность лечения.

Ко Всемирному дню борьбы против рака Здоровье 24 пообщалось с онкохирургом клиники “Добробут” Анатолием Шудраком, психологом Ларисой Рыбак и психотерапевтом Медицинского центра Medicover Ульяной Криницкой-Березюк, чтобы разобраться в сложнейших вопросах: как продолжать бороться за жизнь, если поставлен диагноз “рак”? Что следует делать родным больного? Как справиться со страхом и начать действовать? Что можно и нельзя говорить больному?

Если заболел кто-то близкий

Ситуация, когда онкологическое заболевание обнаружили у родственника, вызовет сочувствие. Но при этом важно не “задавить” ближнего чрезмерной жалостью. Наоборот, его надо стимулировать и убеждать в том, что он должен бороться за жизнь.

В работе онкологов есть такие примеры, когда человек, услышав, что у неuj рак, решает для себя: “Мне незачем жить дальше”. Хотя можно было бы направить все свои силы на выздоровление.


Не нужно больного слишком жалеть //mendozapost.com

Есть еще одна крайность – люди обращаются к народным целителям и экстрасенсам.

Если близкий человек не был готов и не прошел психологическую подготовку, то нормальной является первая реакция – отрицание. В таком случае мало пользы от родных. Иногда от родных нужно только присутствие, а иногда – активные действия. В любом случае – уважайте того, кто заболел, и не ухудшайте их состояние своей паникой.

Что нельзя говорить больному человеку

Иногда врачу приходится сказать: “В этой ситуации мы бессильны”. Но если специалисты могут помочь пациенту, то человека надо обязательно настраивать на положительный результат.

Главное – нужно честно и правильно рассказывать об этом. Надо всегда верить, что бороться стоит. Пытаться настроить пациента на позитивный лад и на лечение.

Нельзя говорить неправду и давать прогнозы, которые не сбудутся. Первый вопрос, который задают пациенты, – сколько мне осталось? На этот вопрос не знает ответа никто.

Но вы можете обсуждать повседневные вопросы, спрашивать советы. Тогда человек будет чувствовать, что он нужен. Не забывайте о чувстве юмора. Нельзя оплакивать человека, пока он жив. Не заставляйте близких жить на собственных поминках.


Больному навредит, если его оплакивать, когда он жив //smartprofinancial.com

Как правильно воспринять диагноз

Во многих случаях онкологический диагноз не является приговором. Иногда рак будет связан с тем, что человеку придется долго и интенсивно лечиться. Тратить силы, деньги и время. Поэтому информировать пациента о состоянии его здоровья надо. Так делают врачи во всем мире. Специалист должен правильно объяснить пациенту его состояние, рассказать возможные перспективы заболевания (дать как хороший, так и плохой прогноз).

Пациент имеет право это знать. Самое важное, что должен понять человек: рак – это не приговор. И многие онкологические заболевания излечимы. Поэтому пациентом должен руководить не страх, а желание жить, он должен продолжать бороться и ни в коем случае не опускать руки. Даже в самой сложной ситуации люди находят в себе силы ради себя, ради своих близких и детей, делают все, чтобы снова встать на ноги.

Во время болезни у человека меняется мировоззрение, меняются цели и ценности. На этом этапе очень важно ставить реальные цели и стараться их достигать, например, как прожить этот день без боли, что я могу сегодня сделать, чтобы приблизить выздоровление, с кем я могу пообщаться. Человек начинает ценить простые вещи и становится внимательнее к близким.

Как воспринять смертельный диагноз больному и семье

В середине ХХ века Элизабет Кюблер Росс выделила пять стадий, которые переживают смертельно больные люди:

1) Шок и отрицание – этого не может быть, этого не может быть со мной. Если родные знают о болезни, они могут только быть рядом и поддержать.

2) Злость. Злость может быть направлена в любые стороны – на себя, на близких, на Бога, на врачей, на вселенную.

3) Торг. Попытки отложить неизбежное. Человек заключает соглашения с жизнью, с Богом, с самим собой и тому подобное.

4) Депрессия. Это период абсолютного отчаяния и погружения в себя.

5) Принятие. Я не могу это изменить, но я могу подготовиться. Не все пациенты доходят до этой стадии, из круга отрицание – депрессия выйти трудно. Но именно принятие дает возможность искать новые возможности.


Чтобы принять диагноз, больному нужна помощь специалистов //psychologytoday.com

В отличие от больного, близкие люди испытывают еще и страх потери и чувство вины. Мы привыкли искать помощь и поддержку в близком кругу, и довольно часто забываем, что родственники и друзья переживают такие же чувства и, возможно, не могут поддержать. У них не хватает внутренних ресурсов. Ища поддержку в ближнем кругу, люди истощают друг друга. Поэтому нужна помощь специалистов психотерапевтов, это дает возможность разорвать замкнутый круг.

Больше новостей, касающихся лечения, медицины, питания, здорового образа жизни и многое другое – читайте в разделе Здоровье.

Как настроить человека с раком на лечение

Мы имеем право всерьез говорить об эффективности наших методов только потому, что с их помощью мы помогаем людям избавиться от страхов.

Мы работаем с глубинными причинами психосоматических заболеваний и сопровождаем пациентов по этапам улучшения здоровья.

Читать еще:  Лечение болиголовом по методу В.В.Тищенко. Лечение рака

Первопричины заболеваний человека находятся в его подсознании. Поэтому мы так много внимания уделяем психокоррекции, исключая возвращение заболевания.

«Можно сказать, что я “потомственный доктор”. В моей семье очень много врачей. С детства мне говорили, что у меня волшебные руки. Поэтому я решила, что наибольшую пользу смогу принести людям в хирургии. Судьба привела меня в детскую онкологию. Видимо, там мои руки и сердце было нужнее всего.

У меня муж тоже из врачей — нейрохирург. У нас двое деток. Пытаясь совместить работу и семью, перестала дежурить по ночам. Мы много путешествуем семьёй. Обычно на машине с палаткой. Дети у нас тоже “походные”, как и мы с мужем. Очень хочется посмотреть самим и показать детям, какая у нас большая и красивая не только страна, но и планета».
© А. Агупова

Образование и опыт:
— 2010 г. — окончила Уральскую Государственную Медицинскую Академию по специальности «Педиатрия»
— С 2010 г. по 2012 г. — обучение в ординатуре по специальности «Детская хирургия».
— С 2012 г. работает в качестве детского хирурга в ОДКБ № 1 в Центре детской онкологии и гематологии
— Стаж по специальности — 7 лет.
С 2012 г. по совместительству является врачом дежурантом МАУ ДГКБ № 9. Осуществляет неотложную хирургическую помощь детям г. Екатеринбурга и Свердловской области с острой хирургической патологией органов брюшной полости, мочеполовой системы, гнойно-воспалительными заболеваниями мягких тканей и костей.
Ведет амбулаторный прием детского хирурга в детской консультативной поликлинике.

Курсы повышения квалификации:
Май 2013 г. – стажировка по специальности «Детская хирургия» в Федеральном научно-клиническом центре детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Д. Рогачева (г. Москва)

Каждый год злокачественные новообразования становятся причиной смерти все большего числа людей. В 2015 году я сам потерял маму, которая умерла из-за рака мозга. После ее смерти я поклялся, что смогу найти способ победить рак. В Тибете я нашел такой способ и смог обучиться воздействовать интеллектом сердца на раковые клетки. Этот метод показал свою эффективность в лечении раковых больных. Увидев хорошие результаты, этому захотели обучиться врачи официальной медицины. И у них тоже стало получаться лечить онкобольных. Мы назвали метод «Лечение интеллектом сердца»

Образование и опыт:
Начав заниматься восточной гимнастикой Ци-Гун, в 15 лет Дмитрий открывает в себе способность управлять психической энергией. Стремясь применить новые силы на пользу людям, он начинает принимать пациентов, от которых отказались врачи. Стремясь лучше понять природу своих способностей и работу человеческого организма, он в 1991 году поступает в СГМА (Смоленскую Государственную Медицинскую Академию) на специальность «Педиатрия».

Убедившись, что западная медицина подходит к здоровью весьма односторонне, с 1995 года Дмитрий углубляется в целительные методы Йоги, христианства и Аюрведы. Главное открытие: человеческое сердце — terra incognita и бездонный источник энергии, сил и здоровья человека.

С каждым годом Дмитрий совершенствует свои познания и способности, продолжает принимать пациентов, изучает скрытые резервы человеческого организма. В итоге Дмитрий развил свои способности настолько, что начал лечить онкологию 1-4 стадии.

Убедившись в повторяемости результата и что найденный метод — не просто природный дар, но доступная для освоения поэтапная технология, в ноябре 2018 года Дмитрий открывает оздоровительный центр «Здравница»

У меня более 7 лет практики в групповой и индивидуальной психотерапии. Через мой кабинет прошли около 5000 пациентов. На данный момент я успешно применяю и постоянно совершенствую методы лечения аутоиммунных, хронических и психосоматических заболеваний, в том числе считающихся на сегодняшний день неизлечимыми.

Образование и опыт:
— С 1996 г. по 2002 г. – Томск, СГМУ (Сибирский Государственный Медицинский Университет). Специальность «Лечебное дело»
— С 2002 г. по 2004 г. – Москва, Российская Медицинская Академия Последипломного Образования (РМАПО). Ординатура по специальностям: «психиатрия», «психотерапия».
— С 2004 г. по 2007 г. – Москва, РМАПО, кафедра психотерапии, аспирантура.
— С 2002 г. по 2014 г., Москва, Центр Психофизиологии Человека. Врач-психотерапевт, групповая и индивидуальная психотерапия. Направление: психокоррекция избыточного веса, психосоматические болезни, практическое исследование психической энергии и ее влияние на восстановление организма.
— С 2008 и по настоящее время – практика и совершенствование методов лечения методами психокоррекции и психосинтеза в «Здравнице» Дмитрия Раевского.

«Мой опыт показывает, что у всех людей вполне типичные психологические проблемы, которые “засели” в подсознании, но подход к каждому человеку должен быть сугубо индивидуален. Почему? Потому что люди как снежинки: каждый неповторим».
© А. Бушмакова

Образование и опыт:
— С 2007 г. по 2013 г. – Санкт-Петербург, Институт Специальной Психологии и Педагогики имени Рауля Валленберга. Специальность: «Детская специальная психология и клиническая психология».
— С 2013 г. по 2017 г. – изучение метода психосинтеза Роберто Ассаджиоли и применение его на практике.
С 2014 г. по 2017 г. разрабатывает методы психокоррекции в рамках метода Р. Ассаджиоли и внедряет их в индивидуальной и групповой частной практике.
— С 2014 г. по настоящее время трудится в сфере семейного консультирования. Работает с глубинными причинами психосоматических заболеваний и сопровождает пациентов до полного выздоровления после интенсивного курса лечения методом сердечного синтеза. Занимается обучением психотерапевтов в оздоровительном центре «Здравница».

«С самого детства я была причастна к медицине: мама работала неврологом, часто брала с собой на работу. Мне всегда хотелось докопаться до самой сути заболеваний. Поэтому я стала эндокринологом, а затем и гомеопатом.

На мой взгляд эти специальности помогают ближе всего подойти к сути болезни: с их ракурса ты смотришь на организм и психику человека как на единое целое.

У меня двое детей. Во втором декретном отпуске мы с детьми много путешествовали по России, были в горах, на море, в разных городах. Сейчас старший ребенок на семейном обучении, так что приходится виртуозно сочетать активное материнство и работу».
© Е. Сергеева

Образование:
— В 2009 году закончила Уральскую Государственную Медицинскую Академию по специальности «лечебное дело».
— В 2010 году закончила интернатуру по специальностям «терапия», «эндокринология».
— С 2009 г. по 2010 г. – повышение квалификации по теме «гомеопатия» (216 часов)
— В 2013 г. прошла повышение квалификации в ОмГУ по циклу: «Психология материнства. Естественное вскармливание» (72 часа)
— В 2015 г. прошла повышение квалификации по теме «Актуальные вопросы гомеопатии» (72 часа)
— В 2016 г. прошла повышение квалификации по программе «Избранные вопросы эндокринологии» (144 часа).

Трудовая деятельность:
— С 2010 г. по 2014 г. – терапевт поликлиники ОАО «Огнеупоры» (г. Богданович, Свердловская область). Замещала старшего терапевта
— С 2013 г. по 2014 г. – эндокринолог поликлиники МУП ЦРБ г. Богданович. Организовала и вела «Школу сахарного диабета».
— С 2015 г по настоящее время – врач-гомеопат «Центральной гомеопатической поликлиники», г. Екатеринбург. С 2017 г. совмещает с работой врача-эндокринолога Екатеринбургского медицинского центра.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector