Авастин при лечении рака яичников

Авастин при лечении рака яичников

Aвастин (бевацизумаб) в лечении рака яичника

Литература

1. Folkman J. Angiogenesis in cancer, vascular, rheumatoid and other disease. Nature Medicine 1995;1(1):27–31.

2. Ferrara N. Role of vascular epidermal growth factor in regulation of angiogenesis. KidneyInternational 1995;56(3):794–814.

3. Alvarez AA, Krigman HR, Whitaker RS. Et al. The prognostic significance of angiogenesis in epithelial ovarian carcinoma. Clin Canc Res1999;5(3):587–91.

4. Gasparini G, Bonoldi E, Viale G, et al. Prognostic and predictive value of tumour angiogenesis in ovarian carcinomas. Int J Canc 1996;69(3):205–211.

5. Shen GH, Ghazizadeh M, Kawanami O, et al. Prognostic significance of vascular endothelial growth factor expression in human ovarian carcinoma. Br J Canc 2000;83(2):196–203.

6. Sonmezer M, Gungor M, Ensari A, et al. Prognostic significance of tumor angiogenesis in epithelial ovarian cancer: in association with transforming growth factor βand vascular endothelial growth factor. Int J Gynecol Canc 2004;14(1):82–88.

7. Paley PJ, Staskus KA, Gebhard K, et al. Vascular endothelial growth factor expression in early stage ovarian carcinoma. Cancer 1997;80(1):98–106.

8. Hartenbach EM, Olson TA, Goswitz JJ, et al. Vascular endothelial growth factor (VEGF) expression and survival in human epithelial ovarian carcinomas. Cancer Letters1997;121(2):169–175.

9. Zebrowski BK, Liu W, Ramirez K, et al. Markedly elevated levels of vascular endothelial growth factor in malignant ascites. Ann Surg Oncol1999;6:373–78.

10. Kraft A, Weindel K, Ochs A, et al. Vascular endothelial growth factor in the sera and effusions of patients with malignant and nonmalignant disease. Cancer 1999;85:178–87.

11. Byrne AT, Ross L, Holash J, et al. Vascular endothelial growth factor-trap decreases tumor burden, inhibits ascites, and causes dramatic vascular remodeling in an ovarian cancer model. Clin Cancer Res 2003;9:5721–728.

12. Hu L, Hofmann J, Zaloudek C, et al. Vascular endothelial growth factor immunoneutralization plus Paclitaxel markedly reduces tumor burden and ascites in athymic mouse model of ovarian cancer. Am J Pathol 2002;161:1917–24.

13. Verheul HM, Hoekman K, Jorna AS, et al. Targeting vascular endothelial growth factor blockade: ascites and pleural effusion formation. Oncologist 2000;5(1):45–50.

14. Numnum TM, Rocconi RP, Whitworth J, et al. The use of bevacizumab to palliate symptomatic ascites in patients with refractory ovarian carcinoma. Gynecol Oncol 2006;102:425–28.

15. Hamilton CA, Maxwell GL, Chernofsky MR, et al. Intraperitoneal bevacizumab for the palliation of malignant ascites in refractory ovarian cancer. Gynecol Oncol 2008;111:530–32.

16. El-Shami K, Elsaid A, El-kerm Y. Open-label safety and efficacy pilot trial of intraperitoneal bevacizumab as palliative treatment in refractory malignant ascites [abstract #9043]. J Clin Oncol2007;25(18).

17. Burger RA, Sill MW, Monk BJ, et al. Phase II trial of bevacizumab in persistent or recurrent epithelial ovarian cancer or primary peritoneal cancer: a Gynecologic Oncology Group Study. J Clin Oncol 2007;25:5165–71.

18. Cannistra SA, Matulonis UA, Penson RT, et al. Phase II study of bevacizumab in patients with platinum-resistant ovarian cancer or peritoneal serous cancer. J Clin Oncol 2007;25:5180–86.

19. Garcia AA, Hirte H, Fleming G, et al. Phase II clinical trial of bevacizumab and low-dose metronomic oral cyclophosphamide in recurrent ovarian cancer: a trial of the California, Chicago, and Princess Margaret Hospital phase II consortia. J Clin Oncol 2008;26:76–82.

20. Chura JC, Van Iseghem K, Downs LS Jr, et al. Bevacizumab plus cyclophosphamide in heavily pretreated patients with recurrent ovarian cancer. Gynecologic Oncology 2007;107(2):326–30.

21. Nimeiri HS, Oza AM, Morgan RJ, et al. Efficacy and safety of bevacizumab plus erlotinib for patients with recurrent ovarian, primary peritoneal, and fallopian tube cancer: a trial of the Chicago, PMH, and California Phase II Consortia,” Gynecologic Oncology 2008;110(1):49–55.

22. Simpkins F, Belinson JL, Rose PG, et al. Avoiding bevacizumab related gastrointestinal toxicity for recurrent ovarian cancer by careful patient screening. Gynecologic Oncology2007;107(1):118–23.

23. Miller K, Wang M, Gralow J, et al. Paclitaxel plus bevacizumab versus paclitaxel alone for metastatic breast cancer. N Engl J Med 2007;357:2666–76.

24. Cobleigh MA, Langmuir VK, SledgeGW, et al. Aphase I/II dose-escalation trial of bevacizumab in previously treated metastatic breast cancer. Semin Oncol 2003;30(16):117–24.

25. Giantonio BJ, Catalano PJ, Meropol NJ, et al. Bevacizumab in combination with oxaliplatin, fluorouracil, and leucovorin (FOLFOX4) for previously treated metastatic colorectal cancer: Results from the Eastern Cooperative Oncology Group Study E3200. J Clin Oncol2007;25:1539–44.

26. Freiberg G, Oza A, Morgan A, et al. Bevacizumab (B) plus erlotinib (E) for patients (pts) with recurrent ovarian (OC) and fallopian tube (FT) cancer: preliminary results of a multi-center phase II trial [abstract #5018]. J Clin Oncol2006;24(18).

27. Pujade-Lauraine E, Mahner S, Kaern J, et al. A randomized, phase III study of carboplatin and pegylated liposomal doxorubicin versus carboplatin and paclitaxel in relapsed platinum-sensitive ovarian cancer (OC): CALYPSO study of the Gynecologic Cancer Intergroup (GCIG). J ClinOncol 2009;27(18):abstract LBA5509.

28. Burger RA, Brady MF, Bookman MA., et al. Phase III trial of bevacizumab (BEV) in the primary treatment of advanced epithelial ovarian cancer (EOC), primary peritoneal cancer (PPC), or fallopian tube cancer (FTC): A Gynecologic Oncology Group study. J Clin Oncol 2010;28:18.

Химиотерапевтические препараты усиливают метастазирование

Химиотерапевтические препараты антиангиогенной терапии (метрономной терапии), применяемые для разрушения сосудов питающих опухоль, оказались не только малоэффективными в лечении основной опухоли, но и стимулировали увеличение роста метастазов в 4 раза, еще на стадии доклинических и клинических испытаний.

Читать еще:  Лечения плевритов при раке груди

Абсолютное большинство сосудов опухоли является функционально неправильными, т.е. они не имеют привычные для нас артерии, вены, капилляры…Сосуды опухоли имеют беспорядочную форму со всевозможными тупиками, разветвлениями, что ограничивает приток крови с кислородом и активными противораковыми веществами к опухоли. Медицинские исследователи разработали ингибиторы ангиогенеза (препараты, блокирующие рост сосудов опухоли), позволяющие нарушить питание опухоли и разрушить ее дополнительными химиотерапевтическими препаратами.

Так, например, разработанный СУНИТИНИБ был создан чтобы предотвращать питание почечно-клеточного рака, гастроинтестиальных стромальных опухолей, тяжелых случаев рака поджелудочной железы, рака молочной железы (посредством ингибирования тромбоцитарного фактора роста рецептора (PDGFR)). После 5 недельного применения препарата оказалось, что за 50% снижением объема основной опухоли последовало увеличение метастаз в печени в 3,5 раза, да и сама уменьшенная опухоль стала впоследствии расти более агрессивно. Кроме того, резко увеличилась гипоксия в опухоли и близлежащих тканях, что сделало практически неэффективным последующее лечение. Дальнейшие исследования показали, что с помощью антиангиогенной терапии уничтожаются, в основном, крупные сосуды, а тонкие, наиболее функциональные остаются.

При этом наступающая внезапная гипоксия и частичный некроз опухоли стимулируют опухоль к выживанию, мутированию и метастазированию, в зависимости от стадии и продолжительности лечения. Виновниками метастазирования оказались перициты, клетки, сверху покрывающие сосуды, поддерживающие микроциркуляционное русло, восстанавливающие разрушенные сосудистые клетки и отвечающие за многие функции сосудов, например, заживление ран или снижение ишемии тканей сердца. Оказалось, что разрушение перицитов химиопрепаратами, нарушает капиллярную устойчивость, стимулирует патологическое строительство новых сосудов и миграцию раковых клеток. При отсутствии перицитов плотность сосудов снижается, появляются микроаневризмы (боковые выпячивания сосудов), сосуды продолжают пролиферировать, что нарушает установленный кровоток.

Еще один антиангиогенный препарат СОРАФЕНИБ (одобренный для лечения гепатоцеллюлярной карциномы печени) имеет более сильные негативные последствия, наступающие уже после недельного применения препарата. А препарат ингибиторов ангиогенеза АВАСТИН (бевацизумаб), одобренный с 2008 года для лечения пациентов с поздними стадиями рака толстой кишки, немелкоклеточного рака легких, рака молочной железы, рака яичников в сочетании с химиотерапией, тоже не оправдал возложенных на него ожиданий.

Несколько докладов об эффективности АВАСТИНА в сочетании с химиотерапией при раке яичников и увеличении выживаемости без побочных проявлений, оказались неправдой. Последние исследования показывают все-таки улучшение выживаемости только в группе высокого риска. Добавление АВАСТИНА к химиотерапии аденокарциномы поджелудочной железы не принесло положительных результатов, а привело к прогрессированию заболевания. А применение авастина к химиотерапии рака предстательной железы несколько улучшило состояние. Не показал положительного результата АВАСТИН и при лечении рака толстого кишечника даже после удаления первичной опухоли.

Введение анти-ангиогенных препаратов лечения в некоторых случаях привело к улучшению ситуации, в виде остановки роста опухоли или даже ее уменьшения, что иногда увеличивает выживаемость. Однако, опухоли начинают расти снова и болезнь прогрессирует, после короткого периода клинического эффекта, который обычно измеряется в нескольких месяцах.

Можно привести другие примеры «эффективного» применения химиотерапевтических препаратов, например, ГЕРЦЕПТИНА (трастузумаба), который относится к лечению таргентной терапией. Не смотря на кажущийся положительный результат, — увеличение продолжительности жизни при раке молочной железы, были обнаружены многочисленные метастазы в головной мозг.

Читать еще:  Сколько живут после лечения рака тела матки

Несмотря на временный лечебный эффект и постоянные разочарования в лечении, масштабные клинические испытания (более 50) продолжаются. Исследовали пытаются вселить надежду о большом будущем антиангиогенной терапии, ведь она обладает меньшей токсичностью, и может быть эффективна на запущенных стадиях рака. Но понятно одно, — метастазы некоторых видов рака не чувствительны к подобной терапии и наоборот.

Новые методы и препараты для лечения рака яичников

Новшества в лечении рака яичников включают внутрибрюшинную химиотерапию, многочисленные таргетные препараты, иммунотерапию и терапевтические вакцины.

Рак яичников является вторым наиболее распространенным и самым смертельным гинекологическим злокачественным заболеванием в развитых странах мира.

До сих пор катастрофически не хватает надежных методов для скрининга и ранней диагностики этого заболевания.

Как следствие, а также из-за отсутствия ранних симптомов заболевания около 70% случаев выявляются на поздней стадии и имеют плохой прогноз.

Эпителиальный рак яичников обычно диагностируется на поздней стадии, когда опухоль распространяется на забрюшинные лимфатические узлы и соседние органы.

Современный уровень хирургии и химиотерапии обеспечивает высокую частоту излечения, однако количество рецидивов остается недопустимо высоким.

Новые таргетные подходы к лечению и биологические препараты, разрабатываемые в настоящее время, обещают превратить рак яичников в управляемую хроническую болезнь.

В сегодняшней статье мы обсудим текущие стандарты терапии рака яичников, недавние исследования в области традиционной терапии и принципиально новые терапевтические подходы, одобренные и / или проходящие клинические испытания.

К новым группам препаратов относятся антиангиогенная терапия, ингибиторы полиАДФ-рибозной полимеразы (PARP), ингибиторы передачи сигналов фактора роста и ингибиторы фолатных рецепторов, а также иммунотерапевтические препараты.

Стандартное лечение рака яичников

Стандартом терапии на сегодняшний день считается максимальное циторедуктивное удаление опухоли с последующей химиотерапией на основе платины. Подтверждение диагноза и установление стадии болезни осуществляется во время операции.

В настоящее время используется шкала низкой / высокой степени злокачественности, за исключением эндометриоидных опухолей яичников, где используется шкала трех классов (G1, G2 или G3). Стадии заболевания определяются согласно рекомендациям Международной федерации акушеров-гинекологов (FIGO).

Согласно Группе по гинекологической онкологии (GOG), оптимальная циторедукция определялась ранее как резидуальные опухолевые узлы диаметром 1 см или менее.

Однако многофакторный анализ показал улучшение выживаемости без прогрессирования заболевания и общей выживаемости для группы пациенток с полной резекцией по сравнению с группами с так называемой оптимальной и субоптимальной циторедукцией.

В соответствии с текущимим рекомендациями ESGO по хирургии рака яичников 2017 года, целью операции является достижение полной резекции макроскопических остатков опухоли, так называемая полная циторедукция.

После операции пациентки получают внутривенно препараты на основе платины / таксаны каждый 21 день на протяжении шести циклов (химиотерапия первой линии). Но у пациенток со стадией IA/IB и опухолями G1/G2 химиотерапия считается необязательной.

На поздних стадиях (III / IV) полная циторедукция часто невозможна.

Наиболее распространенной причиной является вовлечение брыжейки тонкой кишки и поражения в области печени. При неоперабельной опухоли лечение может начинаться с индукционной (неоадъювантной) химиотерапии.

После трех циклов химиотерапии, если отмечен ответ на лечение, может быть проведена хирургическая операция, а затем химиотерапия продолжается до шести циклов.

Результат лечения оценивается после химиотерапии первой линии.

Оценка ответа на лечение проводится на основании результатов визуализации и в соответствии с критериями RECIST 1.1 (Критерии оценки ответа солидных опухолей).

Большинство пациенток хорошо реагируют на химиотерапию первой линии, достигая полного ответа (CR), однако у многих развивается рецидив. Для пациенток с остаточной опухолью

Использование аспирина для профилактики рака яичников и рака печени стало популярной темой в средствах массовой информации, но что говорят об этом исследования?

Ученые утверждают: чем дольше женщина принимает оральные контрацептивы (ОК), тем ниже риск рака яичников.

Группа ученых из США обнаружила, что активные вещества конопли можно использовать в лечении рака яичников, в том числе для профилактики метастазов.

Только каждая третья женщина обращается к врачу с основным симптомом рака яичников – вздутием и увеличением живота. Об этом свидетельствует опрос, организованный в Великобритании благотворительным обществом Target Ovarian Cancer.

Исследователи из Университета штата Орегон (США) объявили о значительном усовершенствовании фотодинамической терапии рака яичников. Комбинируя введение фталоцианина и генную терапию, ученые добились потрясающих результатов в ходе опытов на лабораторных мышах.

Женщины, которые много свободного времени проводят на диване, подвергают себя риску рака молочной железы, рака яичников и множественной миеломы. Об этом говорят результаты недавнего исследования, опубликованные в американском журнале Cancer Epidemiology, Biomarkers and Prevention.

Читать еще:  Лечение рака эндометрии в израиле

Администрация пищевых продуктов и лекарственных средств США одобрила применение нового препарата Lynparza (олапариб) для лечения рака яичников. Вместе с препаратом FDA разрешила применять специальный генетический тест для выявления пациенток, которые подходят для лечения. Олапариб принадлежи.

  • Новые
  • Популярные

Новшества в лечении рака яичников включают внутрибрюшинную химиотерапи.

Таргетная терапия рака желудка на поздних стадиях: эффективность, резу.

Сегодня персонализированная терапия рака таргетными препаратами находи.

Роль внеклеточных везикул в лечении рака и диагностическом процессе на.

HDAC, mTOR, PI3K, STS – молекулярные мишени новых препаратов против ра.

Новшества в лечении рака яичников включают внутрибрюшинную химиотерапи.

Химиотерапевтические препараты усиливают метастазирование

Химиотерапевтические препараты антиангиогенной терапии (метрономной терапии), применяемые для разрушения сосудов питающих опухоль, оказались не только малоэффективными в лечении основной опухоли, но и стимулировали увеличение роста метастазов в 4 раза, еще на стадии доклинических и клинических испытаний.

Абсолютное большинство сосудов опухоли является функционально неправильными, т.е. они не имеют привычные для нас артерии, вены, капилляры…Сосуды опухоли имеют беспорядочную форму со всевозможными тупиками, разветвлениями, что ограничивает приток крови с кислородом и активными противораковыми веществами к опухоли. Медицинские исследователи разработали ингибиторы ангиогенеза (препараты, блокирующие рост сосудов опухоли), позволяющие нарушить питание опухоли и разрушить ее дополнительными химиотерапевтическими препаратами.

Так, например, разработанный СУНИТИНИБ был создан чтобы предотвращать питание почечно-клеточного рака, гастроинтестиальных стромальных опухолей, тяжелых случаев рака поджелудочной железы, рака молочной железы (посредством ингибирования тромбоцитарного фактора роста рецептора (PDGFR)). После 5 недельного применения препарата оказалось, что за 50% снижением объема основной опухоли последовало увеличение метастаз в печени в 3,5 раза, да и сама уменьшенная опухоль стала впоследствии расти более агрессивно. Кроме того, резко увеличилась гипоксия в опухоли и близлежащих тканях, что сделало практически неэффективным последующее лечение. Дальнейшие исследования показали, что с помощью антиангиогенной терапии уничтожаются, в основном, крупные сосуды, а тонкие, наиболее функциональные остаются.

При этом наступающая внезапная гипоксия и частичный некроз опухоли стимулируют опухоль к выживанию, мутированию и метастазированию, в зависимости от стадии и продолжительности лечения. Виновниками метастазирования оказались перициты, клетки, сверху покрывающие сосуды, поддерживающие микроциркуляционное русло, восстанавливающие разрушенные сосудистые клетки и отвечающие за многие функции сосудов, например, заживление ран или снижение ишемии тканей сердца. Оказалось, что разрушение перицитов химиопрепаратами, нарушает капиллярную устойчивость, стимулирует патологическое строительство новых сосудов и миграцию раковых клеток. При отсутствии перицитов плотность сосудов снижается, появляются микроаневризмы (боковые выпячивания сосудов), сосуды продолжают пролиферировать, что нарушает установленный кровоток.

Еще один антиангиогенный препарат СОРАФЕНИБ (одобренный для лечения гепатоцеллюлярной карциномы печени) имеет более сильные негативные последствия, наступающие уже после недельного применения препарата. А препарат ингибиторов ангиогенеза АВАСТИН (бевацизумаб), одобренный с 2008 года для лечения пациентов с поздними стадиями рака толстой кишки, немелкоклеточного рака легких, рака молочной железы, рака яичников в сочетании с химиотерапией, тоже не оправдал возложенных на него ожиданий.

Несколько докладов об эффективности АВАСТИНА в сочетании с химиотерапией при раке яичников и увеличении выживаемости без побочных проявлений, оказались неправдой. Последние исследования показывают все-таки улучшение выживаемости только в группе высокого риска. Добавление АВАСТИНА к химиотерапии аденокарциномы поджелудочной железы не принесло положительных результатов, а привело к прогрессированию заболевания. А применение авастина к химиотерапии рака предстательной железы несколько улучшило состояние. Не показал положительного результата АВАСТИН и при лечении рака толстого кишечника даже после удаления первичной опухоли.

Введение анти-ангиогенных препаратов лечения в некоторых случаях привело к улучшению ситуации, в виде остановки роста опухоли или даже ее уменьшения, что иногда увеличивает выживаемость. Однако, опухоли начинают расти снова и болезнь прогрессирует, после короткого периода клинического эффекта, который обычно измеряется в нескольких месяцах.

Можно привести другие примеры «эффективного» применения химиотерапевтических препаратов, например, ГЕРЦЕПТИНА (трастузумаба), который относится к лечению таргентной терапией. Не смотря на кажущийся положительный результат, — увеличение продолжительности жизни при раке молочной железы, были обнаружены многочисленные метастазы в головной мозг.

Несмотря на временный лечебный эффект и постоянные разочарования в лечении, масштабные клинические испытания (более 50) продолжаются. Исследовали пытаются вселить надежду о большом будущем антиангиогенной терапии, ведь она обладает меньшей токсичностью, и может быть эффективна на запущенных стадиях рака. Но понятно одно, — метастазы некоторых видов рака не чувствительны к подобной терапии и наоборот.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector